У меня было ощущение, что я попала домой.

— Садись в кресло. — Он начал обследовать мой зуб. — Я не думаю, что надо делать укол. — Он приготовил стакан воды.

Сверло зажужжало, и струя холодной воды ударила по моему зубу. Было совсем не больно. Но в любом случае я бы навряд ли заметила даже жуткую боль. «Я собирался тебе позвонить». Как будто у него на это было право.

— Теперь сплюнь, — приказал Саймон. Я подчинилась, в это время он менял насадку.

— Как поживают твои пациенты?

— Все живы-здоровы.

За моей спиной секретарша встала со стула. Через пару секунд она сказала:

— Спокойной ночи, мистер Поррит.

— Спокойной ночи, мисс Смит, — ответил он, приготавливая смесь для пломбы.

— Ты собираешься в Нью-Йорк? — с дрожью в голосе спросила я.

— Да, в июне.

— Как у тебя дела?

— Замечательно. А у тебя?

Я не смогла ответить, как раз в этот момент Саймон принялся пломбировать зуб. Он осторожно зацементировал дырку и отполировал острые углы пломбы.

— Готово, — сказал он, отступая в сторону.

Я выскользнула из кресла.

— Большое спасибо, — сказала я коротко и, захватив сумочку, поспешила к выходу.

— Эй, не так быстро. Куда ты собралась? — воскликнул он, снимая рабочий халат.

— Домой.

— О-о, нет, мисс Хиллсон. Сначала вы должны ответить на несколько вопросов. — Его голос звучал вполне серьезно. — Ты выйдешь за меня замуж?

Я почувствовала, как мой взгляд помутился, в глазах все зарябило, губы онемели, язык присох к нёбу. Я тупо уставилась на него. Что он сказал? Я что, теряю рассудок?

— Но твоя же… — только и смогла я произнести.

— Моя жена? — переспросил он, глядя на меня спокойно и нежно.

— Жаклин умерла три года назад. Что заставляет тебя думать, что… — Он не закончил фразу. — Я люблю тебя, Кон. Пожалуйста, выйди за меня.

— Когда скажешь. — Я все еще не могла поверить в происходящее.

— В июне! — задорно воскликнул Саймон.

— Договорились! — смеясь, ответила я. Затем я очутилась в его объятиях, почти плача от счастья.

Позднее начались объяснения.

— Я все еще не могу понять. Ты думала… — Он замолчал на секунду и продолжил более медленно: — Ты и вправду думала, что я останусь в твоем доме и при этом буду врать?

— Нет, нет. — Я начала страстно все отрицать. — Это последнее, о чем бы я подумала. — Ты очень ясно все выразил, когда сказал, что нам не следует целоваться.

— Да, но только потому… — Он остановился, не в силах подобрать нужные слова. — Как ты могла подумать, что Джеки все еще жива? Где же она, по-твоему, была?

— Я не знаю, — прошептала я. — Брайан сказал мне, что она ушла от тебя. — Через секунду я поняла, что совершила ошибку, раскрыв ложь Брайана.

— И ты ему поверила?

Я терпеливо кивнула:

— Он сказал, что не хочет, чтобы мы влюбились в тебя.

— Кто это «мы»?

— Я и Мария. — Лицо Саймона, казалось, превратилось в камень. Я не могла понять, какие чувства скрывались под тем взглядом, которым он меня одарил.