— Что это на тебя нашло?

— На меня? Ничего, мой ярл.

Голос ворожеи так и сочился ядовитой учтивостью.

— А раз ничего, давай еще пройдемся.

— Зачем? — удивленно вскинула брови Йанта. — Ярмарку я уже посмотрела. Действительно, хороша. Но если у ярла дела, не смею его задерживать. Подожду Лирака здесь…

— Йанта… — начал было Фьялбъёрн, но раздраженно дернул плечом и замолчал.

Так, в предгрозовом молчании, они и дождались Лирака, с которого даже хмель слетел, стоило ему увидеть выражение лица спутников.

В каюте, куда Тоопи, явно предупрежденный Лираком, притащил горячее вино и закуску всего через несколько минут, все стало еще хуже. Не взглянув на поднос, уставленный снедью, ворожея молча сняла плащ, повесила его на оленьи рога в изголовье кровати, стянула сапоги. Присела на край кровати, вытянув ноги и упорно глядя мимо Фьялбъёрна в потухшие угли очага.

— И как это понимать? — мрачно осведомился Фьялбъёрн. — Ты что устраиваешь?

— Я? — все с тем же язвительной вежливостью уточнила девчонка. — Прошу прощения, если мое поведение чем-то задело ярла. Видит небо, не хотела…

— А что ты… — начал было Фьялбъёрн, но не успел высказаться, как в дверь постучали.

Шагнув к порогу, он раздраженно распахнул дверь, собираясь высказать все, что думает о тех, кто беспокоит в такую минуту, но хитрюга Матиас и не собирался этого дожидаться. Сунув ярлу в руки увесистый сверток, он исчез так быстро, что Фьялбъёрн выдохнуть не успел. Прошипев сквозь зубы проклятие, Фьялбъёрн вернулся в каюту, швырнул сверток на постель и тут же понял, что делать этого не следовало. Или не так. Или не сейчас. Или…

Край свертка развернулся, открывая темно-вишневое, блестящее золотом, и ворожея посмотрела туда с выражением лица человека, увидевшего гадюку в своей постели.

— Все-таки купил? — поинтересовалась она исполненным ледяного спокойствия голосом, поднимая непроницаемые глаза на Фьялбъёрна.

— Йанта…

— Спасибо, что не всю лавку, — мило улыбнулась Йанта. — Нет, правда… Я очень благодарна за подобную заботу. Понимаю, мой нынешний вид может только опозорить благородного ярла на пиру у местного владыки. Но вообще-то, был выход и проще: не брать меня с собой, только и всего. Или ярлу не терпится похвастать новым… приобретением?

— Какое приобретение? — рявкнул Фьялбъёрн, шагая к кровати, и замер, остановленный взглядом ворожеи.

В черных глазах плескалась ярость. Не то ураганное безумие, что он сбил в прошлый раз, а обычные злость и обида. Но на что, во имя всех богов?

— Ценное, наверно, — задумчиво сообщила Йанта с опасной безмятежностью. — Раз уж не жалеешь на меня ни времени, ни денег. Только вот какая незадача: я тебя об этом не просила.

— Это точно, — процедил драуг, медленно закипая. — Ты никогда ни о чем не просишь…

— А тебя это удивляет? — надменно изогнула бровь ворожея, выпрямившись еще сильнее, хотя куда уж. — Или должна была? Так ты и без моих просьб сам прекрасно все решаешь. Я обласкана, одарена, а теперь еще и наряжена, как девица на выданье. Чтоб уж точно никто не сомневался, зачем я на твоем корабле.

— Да что ты несешь? — не выдержал Фьялбъёрн. — Молока от бешеной коровы напилась? Что я такого сделал?

— Ничего, — скривила губы ворожея. — Лучше скажи, что я тебе буду должна за это?

Она указала подбородком на сверток и продолжила:

— Толку от моих чар пока немного, в бой не пускаешь, значит, придется расплачиваться по-другому? А то не люблю брать подарки, за которые не могу отдариться.