|
Умный человек туда не сунется хотя бы потому, что задаст себе один простой вопрос: «А куда подевались первые шесть?». — Голос выбравшей столь экстравагантный головной убор дамы был…Странным. От женщины с таким размером груди мужчины подсознательно ожидают волнующего грудного контральто или чего-то подобного и донельзя сексуального. Она же хрипела и сипела, словно астматик переживающий период осложнений и до кучи заболевший бронхитом. — И только поэтому до сих пор жив. Ну и еще потому, что явно пытался отвлечь тварей от моих напарников, чего истинный псевдоариец никогда бы не сделал. Скажи, откуда у тебя мотоцикл с такими любопытными рисуночками на бензобаке?
— Трофей. — Не стал секретничать Маслов. — Тут не очень далеко еще много их техники валяется. Правда, вряд ли она теперь куда-то сможет поехать. Уроды нарвались на скреббера.
— Кхкщкш! — Звук, изданный женщиной при упоминании насекомовидной чудовищной твари, чуть не заставил уши Гектора свернуться в трубочку. — Не говори такие вещи вне стаба! А лучше — вообще не говори! Ты что, в Улье первый день?!
— Вообще-то да. — Чуть смутился Маслов, не отрывая взгляда от ружья в руках незнакомки, пригодного для охоты на мелкую бронетехнику и низколетящие самолеты. В принципе, винтовку он тоже держит достаточно удобно. Успеет ли выстрелить первым — вот в чем вопрос. — А сильно заметно?
— Порядочно. Некоторые особо суеверные личности за сказанное тобой вслух вне безопасного места слово могли бы и пристрелить. — Женщина убрала оружие в специальное крепление за своими плечами. А после подняла из травы не просто рюкзак, а рюкзачище! Похожий на то, что рисуют в карикатурах, этот здоровенный и набитый под завязку брезентовый мешок влез бы в багажник далеко не каждой машины. Кажется, Маслов его мельком даже раньше видел по пути сюда…Но из-за сочетания размеров и цвета принял за лишенный травы холм земли, наваленный какими-нибудь копавшими кабель электриками. И потому проехал мимо снайперши, так её и не обнаружив. Конечно, суперслух мог бы засечь звук её дыхания и биение сердца, но держать его активированным постоянно Гектор даже не пытался. Пара минут в таком режиме — и он просто вывалится из седла мотоцикла от усталости. — Как ты мог промазать из своей винтовки по тем пустышам? И зачем вообще в них стрелял, это же пустая трата патронов?!
— Ну, надо же мне было на ком-то тренироваться. Я боевое оружие в руках держу целый пятый раз в жизни! И до этого дня просто стрелял из чужих охотничьих ружей по банкам. — Развел руками Маслов. — Чтобы в живое существо целиться, да хоть того же зайца…Раньше о таком и подумать не мог! Самое большое зверство в моей жизни — нарезал пополам червяков лопатой, когда грядки на огороде копал. Да и то — случайно!
— Скажи кому, не поверят. Новичок-пацифист затрофеил стволы и технику у рейховцев, а потом пошел устраивать мотосафари на споровиков, горошников и даже элиту. — Оружие женщину опустило ствол вниз и теперь смотрело в землю. Это давало серьезную надежду на то, что они смогут разговаривать мирно. Подумав, Маслов убрал пальцы от рукояти штурмовой винтовки. К висящему на поясе пластиковому пистолету, где все же оставалась парочка разрывных пуль. — Как зовут то тебя, чудо в шляпке?
— Гектор. — Представился Маслов, только сейчас вспоминая, что за его плечами находится защищающий от солнца легкомысленный головной убор, не очень то уместный в обстановке перманентного Конца Света. Хотя…Особых проблем он не доставляет, а от палящих лучей, пыли и слабенького дождика все-таки предоставляет некоторую защиту. Шляпа любителей гулять жаркими летними днями была продумано оснащена резинкой, цепляющейся под подбородок и мешающей данной детали гардероба отправиться в воздушное турне с первым же порывом ветра. |