В дальнейшем Бланки излагает все то, что уже было не только разъяснено, но даже отработано на учебных занятиях бланкистов. Основное, что хочет внушить Бланки, это уверенность, что победить можно, только присоединившись к военной, революционной организации. «Главное, — пишет он, — организоваться во что бы то ни стало. Довольно этих беспорядочных восстаний десятков тысяч не объединившихся между собой людей, действующих наудачу, в беспорядке, без единой мысли о всем восстании в целом, каждый в своем углу, каждый по собственной фантазии! Довольно баррикад, сооруженных вкривь и вкось... От этого необходимо излечиться под страхом катастрофы».

Бланки изучает практические методы использования восставшего народа для достижения главной цели — ликвидации способности правительства к сопротивлению. Он показывает, что для этого необходимо оружие, снабжение боеприпасами и продовольствием, помощь санитарной службы, деятельность разведки и службы безопасности. Бланки предлагает конкретные методы решения всех этих проблем. Речь заходит, естественно, о баррикадах, об этом специфическом элементе уличной, городской войны. Бланки детально объясняет, как надо строить, занимать, защищать баррикаду. Он составляет заранее четыре прокламации, которые надо будет распространять среди народа, армии, офицеров и солдат. «Инструкция» не была закончена, тем более напечатана и распространена. Но ее идеи Бланки передал своим соратникам.

В этой «Инструкции», которая является не столько военно-техническим, сколько политическим документом, имеются замечательные слова, выражающие суть бланкизма и самого Бланки: «Долг революционера — борьба всегда, борьба несмотря ни на что, борьба до последнего вздоха».

Одна из прокламаций, написанных Бланки вместе с «Инструкцией», составлена в форме декрета, объявляющего Бонапарта и его министров врагами родины, смещающего высших чиновников и обещающего награду тем, кто перейдет в ряды восставших.

Но «Инструкция» — это только захват власти. Ну а дальше? На этот счет Бланки дает лишь самую общую формулу коммунизма, который он не считает возможным ввести сразу или даже вскоре после завоевания политической власти. В этом последнем случае Бланки намечает не то, что надо делать, а что делать не следует. «Коммунизм, олицетворяющий революцию, — пишет Бланки, — должен избегать замашек утопии... Он не должен навязывать себя сразу, ни накануне победы, ни на другой день после нее... Для блага революции важно, чтобы она умело соединяла благоразумие с энергией. Нападать на принцип частной собственности было бы в такой же степени бесполезно, как и опасно. Коммунизм нельзя предписать декретом, его пришествие должно быть вызвано свободным решением страны, а это решение может быть только следствием повсеместного распространения просвещения. Тьма не рассеется в двадцать четыре часа. Из всех наших врагов этот — самый упорный. Быть может, и через двадцать лет не наступит ясный день».

Таким образом, отвергая утопии сенсимонистов, фурьеристов, прудонистов, икарийцев (Кабэ) и другие детальные проекты будущего общества, Бланки заменяет их краткой формулой «коммунизм — это просвещение». Он имеет в виду просвещение светское, освобожденное от контроля духовенства. В политическом отношении коммунизм Бланки означает установление «диктатуры Парижа», отмену всеобщих выборов, упразднение Национального собрания, запрещение буржуазной печати. В работе «Коммунизм — будущее общество», написанной почти одновременно с «Инструкцией», он указывает, что диктатура будет находиться в руках «деклассированных», то есть «образованных бедняков».