– Мое солнечное Чудо! – и приятная судорога пронзила ее тело. Сразу же обо всем забыла. На мгновение даже показалось, что опять совершенно голая.

– Ну и что? – подумала она, и озорно выглянув в окно, вновь почувствовала нахлынувшее ощущение безотчетного счастья. Легкий плащ и прочая одежда почему-то отчаянно мешали. Ее коже не хватало нежного прикосновения горячих лучей! Очнувшись, перевела взгляд на менеджера, удивившись его присутствию, все вспомнила и внезапно произнесла:

– Почему только квартиру? Берите весь дом… или улицу. Нет! Знаете что! Забирайте весь город, он ваш! – сказала это неожиданно для себя, и ей стало невероятно смешно.

– Ну, зачем же дом? – удивился мужчина, посмотрев на нее. Он впервые бросил на нее взгляд, оторвавшись от бумаг, заглянул в смеющиеся глаза и остолбенел. Смотрел на нее так, словно впервые видел женщину, молодую и красивую. Может быть, не настолько красивую, но удивительную, потрясающую женщину. На ней словно не было одежды, а каждая ее клеточка источала неведомый блеск. А эти глаза! Они светились яркими огоньками, он был восхищен. Потом пробормотал:

– Вы читали строки нашего договора, написанные мелким почерком? – и в запале шепотом горячо продолжил, – вы должны их прочитать! Вы непременно должны с ними ознакомиться!

Она поняла, что сейчас он нарушал свою должностную инструкцию.

– Зачем? – снова улыбнулась она. Ей стало невероятно весело. Присмотрелась к этому симпатичному молодому человеку, вдруг опять поняла, что читает чужие мысли и знает о нем абсолютно все:

Каждый день, надевая свой галстук, он приходит сюда и делает одно и то же – выдает чертовы кредиты, а потом его банк вымогает немыслимые проценты у несчастных должников. Этот маленький клерк просто подписывает договор, в котором крошечными буквами прописаны сумасшедшие проценты, о которых никто не догадывался, даже не читал. Разве такое прочитаешь? А он знал, но все равно надевал свой галстук и ежедневно приходил сюда. А куда ему было деваться? Он больше ничего не умел, лишь одно – сидеть в этом галстуке и обирать людей, получая крошки, которые его хозяева смахнут со стола, где только что разрезали огромный пирог. Крошки! Как рыбка в аквариуме! – подумала она, оглядев маленький квадратный офис, отделанный стеклом и пластиком. А этот обо всем знал, но все равно каждый день приходил сюда. Сейчас она читала его мысли, разглядывая стройную фигуру, мощные плечи и сильные руки, скрываемые строгим пиджачком. Вдруг странная мысль мелькнула в ее голове:

– Но почему он не сделает что-нибудь – построит дом или вырастит пальму с удивительными плодами!? Убьет мамонта и притащит в свое логово его мясо, а потом возьмет в руки камень и начнет расписывать стену пещеры, рисуя замысловатые фигурки животных и людей… А этот дурацкий костюм. Этот галстук! Почему бы не выбросить все это, не набросить на загорелое тело звериную шкуру или остаться в короткой набедренной повязке и быть мужчиной? Сильным и красивым… Господи, что с ней творится, откуда эта память, откуда мысли такие? Но об этом потом…

Она снова посмотрела на менеджера.

– Зачем вы это делаете? – вдруг заговорщицки прошептала она.

Вместо того чтобы удивиться, возмутится, тот почему-то наклонился к ней и тихо произнес: – Не знаю, – покраснел и замолчал. Он был, словно под гипнозом. Сейчас ради нее он был готов на все, и она видела это. Но, подождав минуту, женщина снова посмотрела на него, встала и как-то просто бросила на прощанье:

– Я передумала! Пожалуй, я не отдам вам свой город. И улицы тоже. Даже половой коврик в своей убогой квартирке не отдам.

В последний раз оглядела этого человека в опрятном костюме, белой рубашке и галстуке, и ей почему-то стало невероятно жалко его.