Наконец его втолкнули в церемониальный зал. На золоченом кресле сидела баронесса. При виде Конана она улыбнулась, и он, к своему изумлению, не увидел в той улыбке злорадства. Только благодарность.

– Я прошу всех покинуть зал, – властно произнесла баронесса. И вооруженные до зубов стражники, бросая на Конана недобрые взгляды, нехотя двинулись к выходу.

– А ко мне это не относится? – усмехнулся Конан.

– Нет.

Баронесса встала и медленно подошла к Конану.

– Не стоит притворяться, будто ничего не произошло, – мягко произнесла она.

Конан не откликнулся, решив подождать и послушать.

– Я знаю, ты убил барона. – Внезапно красавица поднялась на цыпочки и потянулась к уху Конана. – Но ведь ты это сделал по моей просьбе, – прошептала она.

Конан удивленно поднял бровь.

– А если я скажу, что не убивал его?

– Глупо отрицать. Я все равно не поверю. Но тебе нечего бояться, Конан. Я не предаю друзей. Я обещала сделать тебя воеводой или первым сановником, и ты им будешь. Ты правильно сделал, что прикончил и его. Теперь я безраздельно властвую в этом городе. Когда стража сообщила мне, что барон, первый сановник и шут мертвы, я сразу поняла, чьих это рук дело. Не родился еще мужчина, способный отказать мне в небольшой услуге. Даже если он варвар. – Баронесса одарила его многообещающей улыбкой. – Тебе ни о чем не придется жалеть. Мы будем править вместе и сделаем остров Эгьер богатым, счастливым…

Она умолкла и резко обернулась на шелест портьеры. Глазам Конана и прекрасной молодой вдовы явился призрак. Он остановился, сложил руки на груди и вонзил в свою неверную супругу холодный, беспощадный взгляд.

– Так ты жив? – слабея от ужаса, прошептала она. – И все слышал?

– Разумеется. Мне очень хотелось узнать, о чем ты будешь говорить с Конаном. И когда стражники перенесли меня в опочивальню, я, воспользовавшись суматохой во дворце, потайным ходом пробрался в комнату шута и убедился в его смерти, а по дороге наткнулся на труп первого сановника. Затем я незамеченным пришел в этот зал и спрятался в ожидании дальнейших событий. И они не заставили себя ждать.

– И что теперь будет со мной? – дрожа от страха, пролепетала баронесса.

– Твоя судьба решена. Я велю спалить тебя на костре. Как ведьму.

– Как ведьму? Но я даже не умею колдовать.

– Рано или поздно научилась бы. Ты ведьма по своей сути – а это куда страшнее.

– Ты не можешь так со мной поступить, – еле слышно пролепетала баронесса. Она смертельно побледнела и без чувств упала на пол. Конан двинулся было в ее сторону, но барон остановил его мановением руки.

– Не трудись. – Барон превосходно владел собой и говорил без тени былой печали. – Здоровье ей больше не понадобится. Завтра в полдень она сгорит, и этот город будет свободен от нечисти. О, боги, как я устал! – Он ссутулился на миг и прикрыл глаза ладонями, затем выпрямился и дружелюбно взглянул на Конана. – Даже к лучшему, что она нас не слышит. Я хочу с тобой поговорить.

– Но я же сам видел тебя мертвым, – растерянно произнес Конан.

– Ты видел пену изо рта и выпученные глаза. Пустяки, детский трюк. Не ты первый клюнул на эту удочку. – Барон улыбнулся краями рта. – Мне хотелось знать, как поведет себя баронесса после моей смерти. А выяснить это я мог только таким способом. Зато теперь я знаю все. Я давно подозревал, что она строит козни.