|
Но как-то сонно было пока в этом бундесдойчевском заграничном королевстве, даже, пожалуй, слишком – спят усталые игрушки, немцы тихо спят… Единичные машины, обгонявшие нас или попадавшиеся навстречу, были сплошь гражданскими легковушками. Похоже, местный народец ещё не вполне просёк, что же именно сегодня началось. Войну всегда удобно развязывать именно ночью или на рассвете, пока все спят, а радио и телик выключены…
И тут, словно угадав мои мысли, Кэтрин резко надавила на тормоз, а потом вдруг заглушила двигатель остановившегося «Жука». Мы встали, я вопросительно посмотрел на неё, и в тот же момент по ушам гулко ударило нечто, похожее на раскаты очень дальнего грома. Повеяло сильным ветром, от которого верхушки придорожных деревьев закачались. Опустив дверное стекло, я выглянул наружу и увидел где-то у самого горизонта, почти строго на юг от нас, медленно расползающееся далеко в стороны белесое свечение, мгновенно обретавшее явно багровый оттенок. Пожалуй, это было слишком уж мощно для оставшейся совсем в другой стороне ракетной позиции в долине. Ага! То есть моя напарница как-то чувствует электромагнитный импульс и, похоже, тормознула, чтобы сохранить в целости двигатель?!
– Это то, что я думаю? – выдал я, уже понимая, что именно мне ответят, но не спросить не мог, поскольку до этого я никогда не видел вживую ядерных взрывов. И тут же уточнил: – Километров полсотни на юг?
– Да. Больше всего похоже на Мюнхен. Килотонн сто, не меньше. Ну а характерного гриба вы с такого расстояния не увидите, даже не пытайтесь…
Да я теперь на эти, мать их, грибы ещё вдоволь насмотрюсь! По гроб жизни! Ну всё, действительно звиздец… Похоже, последние тормоза и запоры действительно слетели, и наши ударили в ответ… Понеслась… Для нас двоих в этой ситуации единственным плюсом было снятие всяческих ограничений по части ущерба. Теперь мы могли убивать направо и налево, невзирая на лица, но что толку? Ведь на ядерной войне всё равно убьют почти всех…
Спрашивается – вот на фига, а? Бляха медная, кому и зачем это нужно? Здесь ещё не успели осознать, что ядерная война – штука сугубо одноразовая и годится больше для взаимного пугания? Хорошо, допустим, уничтожил ты своего врага целиком, и что? Ведь победителю всё равно не будет никаких плюсов и бонусов, ибо он-то тоже непременно сдохнет, но чуть позже и не в пример мучительнее. Начиная подобное, надо всегда понимать, что плохо в итоге будет всем. Не говоря уж о том, что туалетная бумага, соль, спички, чистая вода из водопроводного крана и прочие подобные им «блага цивилизации» при этом точно исчезнут из свободного доступа на как минимум ближайшие лет сто. Не проще ли надувать друг перед другом щёки и сидеть ровно, точно зная, кто твой враг, чего он хочет и чего от него ждать? Кнопки-то нажать проще всего, а вот результат нажатия вовсе не очевиден. Но, увы, что сделано, то сделано. Меня же честно предупреждали, что я могу увидеть худший вариант развития Карибского кризиса? Предупреждали. Вот и наблюдай теперь. Похоже, людоедский план наших «клиентов» оказался выполнен, по крайней мере, в части первого пункта. Правда, будут ли в нём ещё какие-то пункты, кроме первого, теперь вообще непонятно…
Постояв несколько минут, мы тронулись с места и поехали дальше. Мотор завёлся без проблем, хотя, по-моему, на таком расстоянии электромагнитный импульс вряд ли мог сжечь нашу систему зажигания. Хотя, как знать, в здешних арсеналах есть «бахалки» и помощнее.
Ну а шоссе оставалось каким-то уж слишком пустым – за десять минут навстречу не попалось ни одной машины. Первый шок, или впереди нас ждали поганые сюрпризы?
Оказалось, что, скорее, второе. Прислушавшись, я со странным чувством понял, что различаю сквозь шум мотора смутно знакомый, уже порядочно подзабытый со времён похождений в начале сороковых звук – густой, не затихающий гул на востоке. |