— С таким талантом почему ты еще не выбрался за черту города? — Покачал я головой, понимая, что это работа сделана на высшем уровне.

— Туда и обычному-то человеку без связей не пробиться. А уж бывшему преступнику, который посмел украсть по юности еды и попался, тем более. — Вздохнул он, облокачиваясь на стену, и все так же, не поднимал на меня взгляд. — Я уже привык тут. Кроме этой лавки у меня и нет ничего.

— Сколько просишь за куртку? — Посмотрел я на Владимира, который с удовлетворением смотрел на свою работу, даже перестав нервничать и немного дергаться.

— Не обижай меня, — насупился он. — Я со своих не беру денег.

— Любая работа должна оплачиваться, — пристально я смотрел на мужчину. — Скажу даже больше. Заслуженная расплата должна приходить человеку вообще за любое его действие или решение. Сколько ты просил с человека, который заказал тебе эту вещь?

— Роман, не надо, — он положил руку мне на плечо, после чего покачал головой. — Я был слишком занят и не смог выполнить просьбу твоей матери, просто не успел. — Мужчина подошел к одному из шкафов и достал оттуда небольшую шкатулку, которую протянул мне.

— Это что? — Я с удивлением покрутил ее в руках, так и не увидев никакого замка, но и крышка была заперта. На крышке были вырезаны, будто наспех, какие-то символы. Один из них я уже встречал раньше, в прошлой жизни. Таким символом покрывались проклятые вещи, чтобы они теряли свою темную силу, пока находились в том месте, в котором их запечатывали, а также таким же символом была запечатана одна из ведовских книг матери.

— Это передала мне твоя мать перед самым исчезновением. Она сказала, что как только тебе стукнет шестнадцать, чтобы я ее тебе передал. Но я не успел. Ты исчез, и никто не знал жив ли ты вообще. — Он проводил шкатулку взглядом, когда я ее спрятал в один из внутренних карманов.

— И когда она успела ее передать? — Решил уточнить я, думая про себя о том, почему тот не взломал ее раньше или не перепродал.

— Где-то месяцев за пять до того, как пропала, — ответил он немного смущенно. — Сказала, что на этой вещице проклятье, и чтобы я даже не думал ее вскрывать, если не хочу получить смертельные неприятности. Ты же знаешь, она может быть достаточно убедительной. — Он опустил взгляд перебирая какие-то лоскуты, лежавшие на небольшом столике перед ним. Я усмехнулся, почему-то сомневаясь, что тот не проверил слова матери и не подставил какого-то бедолагу. Ну а что я хотел — окраина.

— Ты точно ничего не хочешь мне больше сказать? — Уточнил я, нащупывая один из метательных ножей. — На прощание.

— А к черту все! — Махнул рукой Владимир, отворачиваясь к стене. — Ко мне приходили люди, которые тебя ищут. Я должен подать им весточку, как только тебя увижу. Беги, пока не поздно, сынок. Им и без меня наверняка уже донесли, что ты появился тут.

— Необычное решение для человека живущего в этом месте. — Взяв Владимира за плечо, я повернул его к себе. — Ты же в курсе, что твоя жизнь, после следующего общения с ними, скорее всего, закончится.

— Невелика цена. — Горько усмехнулся Владимир. — Чем я лучше делаю свою работу, тем больше она уносит невинных жизней. Все эти выскакивающие клинки и шипы, я же прекрасно знаю, для чего все это, не мальчик уже. Пора с этим завязывать.

— Тут ты прав. — Усмехнулся я, доставая мешочек золотых червонцев.