Вымоченные в молоке хлопья разлетелись по ковру, облепили ногу.
— Холли! Осторожнее… — простонала миссис Адамс.
Холли стояла на одной ноге, болтая второй, мокрой, в воздухе.
— Извини, — проговорила она. — Я поскользнулась. Сейчас тряпку принесу.
— Придется, видимо, запретить тебе смотреть эти шпионские сериалы, — сказала миссис Адамс. — Не знаю, как это влияет на твои мозги, но наш ковер от этого уже явно пострадал.
Холли сбегала на кухню и вернулась с тряпкой.
— Можно, я позвоню Миранде? — спросила она, ползая на четвереньках по ковру, собирая с него хлопья и стряхивая их обратно в миску.
Миранда Хант была лучшей подругой Холли.
— Нельзя, — отрезала миссис Адамс. — Так поздно? Она наверняка уже спит.
— Нет, не спит, — возразила Холли. — Она тоже смотрит «Спайгласс», — девочка умоляюще посмотрела на маму. — Мне нужно только быстренько у нее кое-что спросить. Узнать, как, по ее мнению, Джон Рейвен выпутается, что он сделает, чтоб его не подстрелили.
— Это вполне можно отложить до утра, — миссис Адамс была непреклонна. — Тогда все и обсудите. А сейчас, если ты закончила вытирать лужу, отнеси эту миску в кухню и отправляйся спать. Можешь во сне досматривать про своих шпионов сколько тебе угодно.
— Надеюсь, так и будет, — сказала Холли. — Я уже решила, что, когда вырасту, стану секретным агентом.
Чмокнув маму и пожелав ей спокойной ночи, она побежала на кухню.
— А папа зайдет ко мне сказать «спокойной ночи», когда вернется домой? — крикнула Холли, вытряхивая остатки своего ужина в мусорный бак.
— Думаю, да, — сказала миссис Адамс. — Если он не слишком задержится. И не кричи так, Холли. Джейми разбудишь.
— Ха! Разбудишь его! Да на его подушке можно бомбы взрывать, он и то не проснется.
Джейми был младшим братом Холли. Девять лет — и сорванец, каких мало.
Миссис Адамс вышла в коридор.
— Марш в кровать! Приятных сновидений! — сказала она.
Холли уже поднялась до половины лестницы. Она обернулась с улыбкой до ушей.
— А мне не надо приятных сновидений. Мне будет сниться, как ловят вражеских шпионов.
Через десять минут она уже была в постели, собираясь прочесть пару глав из нового детектива. Холли обожала детективы. Полки в ее комнате ломились под их тяжестью. Но даже ее книжные полки не были настолько переполнены детективами, как ее воображение.
Холли жила в Хайгейте, в северной части Лондона. И как ей часто приходило в голову, Лондон в наши дни должен был просто кишеть иностранными агентами. Они шпионят за королевской семьей, шпионят за зданием парламента и за всеми правительственными зданиями, которые стоят на набережной Темзы. Это такие мрачные типы в длинных черных пальто с поднятыми воротниками. Они крадутся по улицам под покровом ночи с пистолетами, болтающимися под мышкой, и фотоаппаратами величиной с шариковую ручку, вшитыми с лацкан пиджака.
Дверь спальни приоткрылась, и появилось лицо мамы.
— Э, нет, — сказала она. — Уже поздно, а тебе завтра рано в школу вставать. Давай-ка, Холли, отложи книжку и выключи свет. Даже секретным агентам нужно поспать, — улыбнулась она.
— Ладно, — вздохнула Холли.
Мама могла твердить сколько угодно, что пора спать, но Холли ничего не могла с собой поделать. Она лежала в темноте и чувствовала, что сна нет ни в одном глазу. Невольно она прислушивалась к звукам за окном.
— Цок-цок-цок… — какая-то женщина прошла на высоких каблуках. |