Первое, что поразило Вадима — это редкая, исключительная, гордая красота его утренней посетительницы. Высокая, стройная, с отличной фигурой, одета дорого и модно, но не слишком. Длинные черные волосы схвачены резной деревянной заколкой, бледное точеное лицо, яркие губы… Девушка казалась бы совсем юной, если бы не глаза. Большие, черные, миндалевидные, широко расставленные, они были такими древними и мудрыми, что встречаться с ней взглядом было все равно что смотреть в бездну. «Тьма кромешная», — некстати пришло в голову Вадиму.

— Ну, что же, проходите, садитесь, давайте знакомиться, — бодро начал он. Вадим уже решил для себя, что не возьмет на работу эту девушку. В офисе ей не место, но поближе познакомиться не мешает.

— Меня зовут Диана, — тихо сказала она.

— Хорошо, Диана. Где работали раньше? С какой скоростью печатаете? Компьютером владеете? — задавал Вадим привычные вопросы.

Вдруг девушка, сидящая напротив него, вытянула вперед левую руку, сделала ею странный, неуловимый жест, посмотрела Вадиму прямо в глаза и произнесло несколько слов на непонятном языке. Яркий полуденный свет за окном погас, все завертелось перед глазами у Вадима и он потерял сознание.

Сколько это продолжалось — он не знал. Открыв глаза, Вадим с удивлением обнаружил, что лежит на камнях в темной и сырой пещере. Девушка так же сидела напротив него, подкидывая ветки в костер. На ней было длинное темное платье, волосы распущены по плечам, прекрасное лицо сосредоточенно и строго. В неверном мерцающем свете костра Вадим разглядел у нее за спиной огромную, грубо вырезанную из дерева фигуру какого-то древнего идола.

— Эй, как я здесь оказался? Меня что, похитили? Зачем?

— Молчи, — ответила девушка, не меняя выражения лица.

Молчи и жди, если не хочешь остаться здесь навсегда.

— Где я?

— В другом мире. Там, где сходятся все пути.

Девушка бросила в костер горсть листьев и веток, и он вспыхнул ярким голубым пламенем.

— Помни, сын земли, что день гнева близок, и нет за тебя ходатаев в мире мертвых, — заговорила она страшным, низким и хриплым голосом, — смерть твоя уже у порога, а душа пуста и темна, и нет тебе прощения, ибо безумен тот, кто строит дом на песке, а счастье — на крови ближнего.

Костер погас, все исчезло. Последнее, что разглядел Вадим — улыбку идола, и это было страшнее всего. В ней Вадим увидел вечную мудрость и какое — то мрачное, безжалостное сочувствие.

«И сострадая, сердце Всевышнего остается твердым».

Вадим очнулся за столом в своем кабинете. Так же светило солнце, и если не врет хваленый «Роллекс», времени прошло совсем немного. Девушки в кабинете больше не было.

Дико болела голова, перед глазами плыли красные круги, но, в общем, состояние было более-менее терпимым.

— Что это было? — подумал Вадим, — точно, пора с пьянками завязывать. Кому сказать, здоровенный мужик в обморок грохнулся. Вадим попробовал встать. Ноги были как ватные, но все же слушались. Он подошел к окну, хотел открыть его — и обомлел. Из подъезда как раз выходила его сегодняшняя посетительница. Быстрой походкой она подошла к темно-зеленому джипу, села за руль и уехала.

— Та-ак. Очень интересно. Если может позволить себе такую машину, то спрашивается, на хрена козе баян, а ей работа. Наверняка есть папик богатенький или хахаль крутой.