Дево отдал еще несколько приказаний, и Дринкуотер вздрогнул, услышав свою фамилию.

— Полезай в шлюпку, парень! — рявкнул первый лейтенант, и Натаниэль опрометью полетел на шкафут, где с борта свешивался веревочный трап. Шлюпочная команда уже заняла места, но вниз еще спускались сверхкомплектные матросы, вооруженные кортиками. Дринкуотер перекинул ногу через поручни и зацепился штаниной за кофель-нагель. Раздался треск материи, но на этот раз Натаниэль не расстроился.

Он забрался в шлюпку. К его удивлению, Дево был уже там, продолжая выкрикивать команды.

— Черт побери, где же этот Вилер? — рявкнул он, не обращаясь ни к кому конкретно. В этот момент по трапу неуклюже полезли вниз облаченные в красные мундиры лейтенант и шесть его морских пехотинцев. Их мушкеты работы мастерских Тауэра болтались за спиной на ремнях.

— Живее, чертовы раки! — поторапливал их Дево под одобрительные ухмылки моряков. Лейтенанта Вилера задевали насмешки над мундиром, но в данный момент его больше всего заботило как спуститься в шлюпку со всей амуницией и не осрамиться окончательно.

— Отваливай! Весла на воду! Навалились разом, и не жалейте спин!

Баркас двинулся вперед, и Дево передал румпель Дринкуотеру.

— Правь к подветренному борту брига и удерживай шлюпку рядом с ним. — Лейтенант повернулся к Вилеру. — Это нейтрал, так что не лезьте на абордаж, пока я не дам приказа. Помощник боцмана! — повысил он голос: унтер-офицер с вооруженными матросами сидели на носу.

— Да, сэр.

— Не поднимайтесь на борт без моей команды. Если я закричу, двигайте наверх все разом!

Моряки ухмылялись, пробуя на палец остроту клинков. Несколько минут спустя срывающийся голос Дринкуотера произнес:

— Суши весла! Цепляй крюк!

Лейтенант Дево запрыгнул на руслень брига. Пару секунд его элегантные ноги не слишком грациозно болтались в воздухе, потом скрылись за бортом судна.

Баркас покачивался у борта чужака. Время от времени над планширем возникала какая-нибудь взлохмаченная голова, с любопытством глядящая на них. Пары ядер, сброшенных с палубы, будет довольно, чтобы пробить тонкую обшивку шлюпки. Дринкуотеру казалось, что первого лейтенанта нет уже несколько часов. Он смотрел, как борт датчанина то приближается то отдалятся по мере того, как новый океанский вал приподнимает и опускает баркас. Натаниэль с беспокойством поглядел на Вилера.

— Не дрейфь, парень, — усмехнулся тот. — Когда достопочтенному Джону потребуется помощь, он закричит.

Тут, к своему бесконечному облегчению, Дринкуотер заметил, как над планширем показались ноги Дево. До него донесся голос лейтенанта, в котором не осталось и следа недавних жестких интонаций:

— К вашим услугам, мадам.

Через миг Дево плюхнулся в шлюпку. Без церемоний выхватив у Дринкуотера румпель, он закричал:

— Отваливай! Весла на воду! Навались, и повеселей, лентяи! — Дево скрючился на корме, его фигура буквально излучала нетерпение. — Гребите! Прикладывайтесь так, как приложили бы французу, покусившемуся на честь вашей матушки!

Матросы загоготали над непристойной шуткой. Дево знал свое дело, и моряки энергично работали веслами; лопасти буквально взлетали над водой, чтобы погрузиться в нее при следующем гребке. Позади них «датчанин» ставил паруса. Дево оглянулся назад, и, проследив за его взглядом, Дринкуотер заметил какое-то мелькание — это женщина махала платком.

— Вилер, — произнес Дево. — У нас намечается работенка.

И он, не таясь, выложил Вилеру полученные новости. Ему было известно, что слышавшие его матросы разнесут вести по всей нижней палубе. Дево также знал, что Хоуп не стал бы так поступать, и не расскажи он все сам, до обитателей кубрика «Циклопа» дойдут лишь обрывки искаженных сведений.