— Девчонки рулят! — довольно сказала Нина. — Думаю, не много найдется смельчаков, желающих нас трахнуть!

— Говори за себя, — фыркнула Перл.

— О, мы уже о трахе! — воскликнула Джин.

— Что до меня, то я замужем, — выдавила Элизабет и поджала губы.

Три остальные замолчали и уставились на нее. Потом Джин Леблан закатила глаза к небу.

— О’кей, проехали.

Элизабет почувствовала, что краснеет. Негритянка ткнула пальцем в пресс-релиз.

— Вот наши досье. В типичном стиле «желтой прессы». Плюс наши фотки, по-моему, удачные.

— А про мужчин-участников там есть?

— Да, сейчас, покажу.

Она полистала пресс-релиз и остановилась на странице с загнутым уголком. На одной из фотографий был мужчина в гавайской рубашке, стоявший на мостике небольшой прогулочной яхты. Сверкающие зубы, цепочка на шее, мускулистые руки, скрещенные на широкой груди.

— Камерон Коул. Неплох, да?

— Да, и к тому же на лице читаются некоторые признаки интеллекта…

Джин перевернула страницу.

— Виктор Каминский и Томас Линкольн тоже вроде ничего.

— У черного усталый вид… А Каминский — это тип в костюме и в очках?

— Угу.

— А этот старикан кто?

— Леонард Штерн. Семьдесят лет.

— Шутишь?

— Тут так написано. — Джин чуть приблизила страницу к глазам. — Да, автопробег, судя по счетчику, приличный, но в целом экземпляр хорошо сохранился. Мне бы как раз подошел.

Три женщины одновременно расхохотались. Одна Элизабет оставалась безмолвной, как статуя.

— А вот этого видели? Это вообще ребенок!

— Да, Питер Ди Маджио.

— У него такой грустный вид, — заметила Элизабет. — Как думаете, его заставили участвовать?

Джин ядовито улыбнулась.

— Дай угадаю: ты замужем, с двумя детьми и не работаешь.

— Ну… почти так. Только на самом деле у меня трое детей, и…

Джин обняла ее за плечи и сказала доверительным тоном:

— Какая жалость, дорогая. Жизнь домохозяйки — это же скучища! Но, к счастью, у тебя еще есть время снять свой шикарный костюмчик, уложить его в чемодан и вернуться к своему мужлану. — Она с улыбкой обернулась к остальным: — Эй, девчонки! У меня такое впечатление, что рекрутеры шоу забирались ну о-о-о-чень далеко в поисках кандидатов!

Перл и Нина невольно фыркнули.

Элизабет почувствовала, как лицо заливается краской.

— Я… извините…

Она поднялась, чуть не опрокинув стул, и направилась к туалету.

— Ничего, дорогуша, — бросила Джин. — До скорого!

Все трое смотрели ей вслед.

— Ты не пережимаешь? — наконец спросила Нина, обращаясь к Джин.

— Ну вот еще! — фыркнула та. — Это же развлекательное шоу, нет? Если оно будет занудным, его не будут смотреть. — Она поднялась. — Ну, кажется, пора спускаться к автобусам. Вы идете?

Элизабет сделала несколько медленных глубоких вдохов — как советовала ей делать медсестра в диспансере, — пока наконец внезапное резкое сердцебиение не прекратилось. Потом села на один из откидных стульев возле туалетных кабинок, не в силах сдержать слез.

Она чувствовала себя смешной.