— Именно так, — ответила я голосом ледяным и инеистым, как кружка пива.

О выкидыше у подруги моего брата не собиралась я распространяться у него на пороге, тем более когда он проявил такой… антагонизм.

Сэм отвернулся, мотнул головой в досаде на самого себя.

— Извини, Сьюки, не сдержался. Подумал просто, что Джейсон мог бы больше внимания уделять единственной сестре. Ты все время чертовски к нему лояльна.

— Джейсон никогда не допустит, чтобы со мной что-нибудь случилось, — возразила я, несколько сбитая с толку. — Всегда за меня встанет горой.

— Это да, — подтвердил Сэм, но я поймала у него в уме вспышку сомнения.

— Мне пора идти собирать вещи, — сказала я.

Очень мне не хотелось так уходить. Несмотря на свои чувства к Джейсону, Сэм был мне дорог, и оставлять его такого огорченного было неправильно, но мужики за дверью орали, глядя игру, и я знала, что надо его отпустить к гостям и к его воскресному развлечению. Он меня поцеловал в щеку.

— Позвони, если будет нужно, — сказал он, будто хотел сказать гораздо больше.

Я кивнула, повернулась и пошла к машине.

— Билл, ты говорил, что хочешь поехать со мной в Новый Орлеан, когда я поеду освобождать жилье Хедли?

Наконец уже совсем стемнело, и я могла позвонить Биллу. Трубку сняла Села Памфри и позвала Билла более чем прохладным голосом.

— Да.

— Здесь мистер Каталиадис, и он хочет уехать почти сразу.

— Ты могла бы мне сказать раньше, когда узнала, что он едет.

Но, судя по голосу, Билл не разозлился и даже не был удивлен.

— Он отправил посыльную, но ее убили у меня в лесу.

— Тело нашла ты?

— Нет, девушка, которая с ним приехала. Ее зовут Дианта.

— Значит, убита Гладиола.

— Да, — удивилась я. — Как ты узнал?

— Когда приезжаешь в штат на какое-то время, вежливость требует нанести визит королю или королеве. Я встречал этих девушек иногда, поскольку они служат у королевы посыльными.

Я посмотрела на телефон с таким недоверием, будто это было лицо Билла. У меня очень быстро пронеслись в голове неконтролируемые мысли. Билл бродил в моем лесу… и в моем лесу убили Гладиолу. Убили без шума, аккуратно и умело. Убил некто, весьма искусный в путях сверхъестественного, некто, умеющий работать стальным мечом, некто настолько сильный, что мог перерубить тело пополам.

Все это свойственно вампиру, но почти любое сверхъестественное существо на это способно.

Чтобы подобраться близко и пустить в ход меч, убийца должен был быть либо невероятно быстр, либо иметь совершенно безобидный вид. Гладиола не подозревала, что ее убьют.

Может быть, она знала своего убийцу.

А еще то, как тело Гладиолы бросили, швырнули небрежно в кусты… убийце плевать было, найду я ее тело или нет, хотя, конечно, сыграла роль неподверженность демонов гниению. Чтобы она молчала — только это и нужно было убийце. Зачем было ее убивать? Письмо при ней, если солидный адвокат Каталиадис ничего от меня не скрыл, просто должно было мне сказать, чтобы я собиралась в Новый Орлеан. Я все равно собиралась, хотя Гладиола и не смогла доставить сообщение. Так что же выиграли убийцы, заставив ее замолчать? Два или три дня моего неведения? Мне это не казалось достаточным мотивом.

Билл подождал, пока я окончу эту длинную паузу в нашем разговоре — то, что всегда мне в нем нравилось. Не считал он необходимым заполнять паузы.

— Они сожгли ее на дорожке, — сказала я.