– Простите. Некогда поболтать. Однако я вернусь через несколько минут.

Бестер закрыл мусоропровод и оглядел плоды своих трудов. Томпсон лежал, но все еще дышал, и, вероятно, продолжит. Здоровенному телепату не так повезло. Он выстрелил ему в голову первым делом, когда тот сосредоточился на снятии торможения с Мари и Пьера. Грубо и непрофессионально, но тот был П12, а Бестер еще не так силен, как следовало бы.

Бестер отключил полицейского офицера и Поля – они очнутся в любой момент. Только Томпсон доставил ему минуту настоящего беспокойства. Кто-то удалил блокировку, заложенную им в бывшего офицера вооруженных сил, так что ему пришлось вмазать. К счастью, тэп был занят разговором с Гарибальди.

Гарибальди, который умрет следующим. Но сперва Бестеру нужно было позаботиться еще кое о чем.

Все получилось очень хорошо, в самом деле. У него заняло всего несколько минут проделать, что нужно, с Мари и Пьером – у обоих было замечательно слабое сознание, и в итоге он не так уж много сделал. Он заложил очень сильное внушение, что спустился в мусоропровод, запретил им запоминать свой настоящий уход, затем запретил вставать и ходить. Ни одно из этих внушений не имело постоянной силы, хотя "быстро" значило также "грубо". В самом крайнем случае эти двое несколько недель будут страдать от плохих снов.

В действительности же, прежде чем его преследователи прибыли, он проделал следующее: покинул квартиру, пересек холл и постучал в соседнюю дверь. Сонный жилец, открывший ему, был доступен для контроля, и что еще лучше, был один. Дверь была захлопнута, его новый "хозяин" сброшен со счета, и секунд через десять он услышал, как открывается лифт.

Несколько долгих минут он не мог ничего делать, кроме как ждать, надеяться, и притворяться самым пустым местом во вселенной.

Услыхав, что кто-то из них выскочил вон, а лифт поехал вниз, он понял, что его план сработал. Да, часть первая прошла очень хорошо – приятно было сознавать, что он еще умел импровизировать.

Пришло время для части второй.

Он нашел в кухне рулон прочной изоленты и использовал ее, чтобы связать всех, кто был еще жив. Он также заклеил им рты – всем, кроме копа, Жерара. Он привел его в чувство, сканируя при этом.

– Что за сложную жизнь вы ведете, – сказал он Жерару, когда глаза копа заморгали, открываясь. – Не одна женщина, но две. Я лично никогда, если честно, этого не понимал. Я никогда не был способен любить больше одной женщины сразу. У вас две, и вы можете потерять их обеих из-за своей жадности. Стыдитесь.

– Убийца.

– Ах. Вы желаете сменить тему. Довольно удачно, у меня нет времени быть любезным. Мы сейчас кое-что передадим через ваш коммуникатор. Вы скажете им, что Поль полагает, что все это было уловкой, что я отбыл несколько часов назад и что уже еду в поезде на Амстердам. Я дам вам всю информацию. Теперь, прежде чем вы сможете возразить, позвольте мне сказать вам, почему вы собираетесь это сделать и почему сделаете в точности как я велю.

Видите ли, я мог бы заставить вас сделать это, но это будет очень больно для вас, и, что важнее, утомительно для меня. С другой стороны, я легко могу проскользнуть в ваше сознание, услышать каждое ваше слово, прежде чем вы произнесете его. Я узнаю, если вы планируете предать меня. Если вы попытаетесь, у вас не только не будет шанса преуспеть, но я убью одного из этих людей, а затем мы попробуем снова. И снова, пока вы не выполните это правильно. Договорились?

Полицейский смотрел на него с неким усталым пониманием.

– Да.

– Хорошо. Вот информация. И будьте убедительны.

Жерар выполнил безупречно.

– Отлично, – сказал ему Бестер, потрепав по голове. – Вы только что спасли пять жизней.

Он обернул кусок ленты Жерару вокруг головы.