— Точно — из деревни! — усмехнулся Турецкий. — Слава… Вячеслав Иванович по карте проверил: упомянутая дача или, если хочешь, развалюха, как раз и находится в этой почти подчистую вымершей деревне, откуда Василий Шмелев родом, и называется она… точнее, называлась, как раз по фамилии, которую носили большинство покинувших деревню жителей: Шмелевка…

Померанцев почесал в затылке, улыбнулся и вздохнул:

— Сдаюсь… Не исключено, что и впрямь проморгали!..

— То-то!.. Ну ладно, цыплят вообще-то по осени считают, не будем забегать вперед… Значит, выберете в ближайшем же будущем ночку потемнее, с гарантией, что хозяин туда не заявится… Это уже Денискина забота!.. На операцию отправляетесь в мужиковском составе: с нашей стороны — ты с Яковлевым, с кем пойдет Денис, решит он сам. Надеюсь, напоминать, что протоколы осмотра должны быть тип-топ, не надо?

— Не надо! — обиделся Померанцев. — Одного я только не пойму: если мы и впрямь что-то обнаружим, где понятых брать? Сами говорите — деревня вымершая…

— Съезди туда, Валера, предварительно днем, только проверь, нет ли за тобой «хвоста»… Сдается мне, что парочка стариков в Шмелевке все-таки проживает. Если нет, значит, думайте сами насчет понятых. Но чтоб задокументирован был каждый шаг!

— Есть! — Валерий поднялся со стула. — Судя по всему, мне следует поторопиться, чтобы к завтрашнему утру вернуться в Северотуринск.

— Удачи тебе! — кивнул Турецкий. И, дождавшись, когда Валерий покинет кабинет, неторопливо собрал листы распечатки и, вложив их в папку, изученную им самым тщательным образом, тоже поднялся.

Прежде чем просить у Меркулова направить в Северотуринск спецов из экономического подразделения (идея Померанцева была, безусловно, верна), следовало доложить своему шефу и другу все, что ему самому доложил подчиненный, добавив к этому собственные соображения… Как говорится, дружба дружбой, а служба службой!

Что касается постановления и ордера на обыск шмелевской дачи, Александр Борисович успел выписать и то и другое за время отсутствия Померанцева в прокуратуре. Он не хотел, чтобы Валерий занимался этим сам: это был небольшой, но все-таки риск — ведь фактические основания для обыска «развалюхи» крепкими бы никто не назвал… Так пусть уж лучше это будет его, Александра Борисовича Турецкого, риск, а не подчиненного ему Померанцева. Несмотря на то что выписать и то и другое Валерий, возглавлявший северотуринскую группу, имел право.

Что касается Померанцева, двигавшегося в данный момент в сторону вокзала, он, как ни странно, тоже думал об ордере на обыск шмелевской дачи, выписанном Турецким.

«Благородно, и весьма…» — пробормотал Валерий, на минуточку представив, как в итоге данной акции они останутся с носом, а документы, свидетельствующие об этом, окажутся приобщены к материалам следствия. На самом же деле, чем больше он размышлял над предстоящей операцией, тем отчетливее росла в нем уверенность, что результат будет.

18

Вопреки худшим предположениям Померанцева и Турецкого, деревня Шмелевка вымершей все-таки не была, хотя большинство покривившихся домишек действительно казались ослепшими из-за накрепко заколоченных ставень. Оставалось лишь удивляться, почему она пришла в такой упадок: Шмелевка располагалась в удивительно живописном месте, рядом сразу с двумя прозрачными и явно глубокими озерами, в которых, как подумал Валерий, наверняка водилось полно рыбы, возможно даже сомы: одно из озер было глубоким.