Он разорвал свой плащ на короткие полосы и завязал глаза умершим, чтобы не ослепли, перебираясь по огненной реке в королевство Темного бога. Потом поднялся на ноги и вошел в ближайший дом, прошелся по всем закоулкам, пока не вышел позади, где увидел крытый загон для животных. Только там сир Лейтли обнаружил, что искал. Пять кривых и хиленьких мотыг стояли вместе с другими инструментами в углу хлева. Иллиан взял все и вернулся обратно. Одну он отдал Халилю, другую, поколебавшись, Фергусу, еще Айвину и Игорю. Отошел в сторону, дальше от домов, вонзил проржавевшее железо в землю. Та, пронизанная дождем, набравшая силы от пролившийся влаги, поддавалась с трудом, но Лейтли понравилась неожиданная боль в спине и руках. Главное, что теперь в его голове стало покойно и тихо. И никакой голос больше не произносил ни слова.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Мёнемейстер

Кудрявый тощий Мишка Канторович нетерпеливо почесал свой горбатый длинный нос.

— Руслан, ну чего? Пора ведь уже.

Руса спокойно посмотрел на этого выхолощенного «комсомольца». Они, кинетики, вообще к телепатам относились с предубеждением, а Мишку почти все недолюбливали. Скользкий он, в любую щель без мыла влезет и вылезет, да еще со своей выгодой. И нашим и вашим за копейку спляшем. Но теперь уже делать нечего, теперь в одной связке. Слишком далеко все они зашли.

— Спокойно, еще пару минут.

Его люди тоже уже начали нервничать. Планировали все на восемь, а сейчас стрелки показывали две минуты девятого. Даже Гоша подошел, один из двух психо в его группе.

— Руса, ну что, решаем, нет?

— Не суетись. Еще пара минут.

Он сам уже начинал психовать. Сколько же можно? И в тот самый момент, когда Руслан уже хотел сжать кулак и ударить по столу, в кафе зашла она. Стряхнула капли со своих длинных каштановых волос и обезоруживающе улыбнулась. Обнажила свои идеально ровные сахарные зубки, наклонила голову набок. Как на нее можно обижаться? Но для проформы, конечно, он сдвинул брови.

— На сколько договаривались?

— Русик, ну чего ты? И так мчалась со всех ног, — она недовольно принялась стягивать мокрое пальто.

— На сколько договаривались? — сурово переспросил он.

— Русик, ты же должен понимать, что дело серьезное. Надо было приготовиться, накраситься в конце концов. У меня и так предчувствие какое-то недоброе. Будь моя воля, отменила бы все.

— Если не сейчас, то уже никогда, — принялся объяснять Руслан ей уже спокойным голосом. — И ты нам нужна, у нас всего психокинетиков: ты и Георгий… Ты мне нужна, — тихо добавил он.

— Ну ладно, влюбленные, пора выдвигаться уже, — подошел к ним Канторович. — Теперь-то уже можно?

— Да, можно, — кивнул Руслан.

Они вышли из кафе и к ним сразу присоединились остальные, ожидавшие снаружи. Так было задумано. Если собрать всех внутри, то на них точно бы обратили внимания. Руслан оглядел громаду, двигавшуюся в сторону огромного здания облицованного черным мрамором. Да уж, как тут не привлечь внимания?

Человек со стороны формально мог разделить их на две группы: ботаники и качки. Действительно, так и выглядело. Телепаты, за редким исключением, все как один худые, сухие, с живыми бегающими глазами шли, прижавшись друг к другу. Кинетики двигались свободно, неторопливо переваливаясь с одной мускулистой ноги на другую и медленно покачивая мощными плечами. И взгляд у них был другой — спокойный, уверенный в себе. Хотя Руслан знал, многие боялись.

Не каждый день приходилось идти против закона, против системы, которую они сами создали. Против человека, возведенного ими на вершину Олимпа, но в итоге оказавшегося жестоким тираном.