— Вам совсем не нужно быть таким добросовестным. Мне кажется, вы с радостью избавились бы от меня… — Она искоса взглянула на Армана, втайне надеясь, что он начнет отрицать, будто она является для него помехой.

— Такая мысль никогда не приходила мне в голову, — возразил он невозмутимо. — Я за вас отвечаю, и вы никуда не поедете без меня.

— Но это абсурд! — возмущенно воскликнула Джулия. — Я не нуждаюсь в охране.

— Нет? — Он удивленно поднял брови. — Ламоны молоды и невнимательны. Они могут завести вас в трясину, и кто вас оттуда вытащит, если меня не окажется поблизости? Мадемуазель, будет так, как я сказал.

— Но что подумают Ламоны… — начала Джулия.

Чуть заметная улыбка тронула его губы.

— Вы можете сказать им, что я ваш грум.

И он ушел, оставив Джулию в растерянности она не знала, смеяться ей или плакать. Зачем ей нужен грум, зачем вообще сопровождать ее? То, что он делал, было смешно и старомодно. Она ошибалась: его настойчивость вовсе не была обусловлена желанием ее общества, и от этого ей захотелось заплакать.

Джулия вновь подняла этот вопрос, когда пришла вечером к деду, но тот решительно поддержал точку зрения Армана.

— Пока ты с ним, я чувствую себя спокойно, — заявил он и сказал, что будет рад принять у себя Ламонов после их верховой прогулки, поскольку прошло уже довольно много времени с тех пор, как он виделся с ними в последний раз. — У меня появился план, как тебя немного развлечь, — радостно добавил он.

Верховая прогулка прошла успешно. Гюстав относился к Джулии с галантностью, на которую имеет право претендовать хорошенькая женщина, Клотильда беспечно болтала, а Арман следовал за ними по болотам на благоразумной дистанции. И хотя Джулии понравились веселые компаньоны, она каждый миг чувствовала присутствие Армана и всем сердцем желала быть рядом с ним.

К Мас Клотильда приближалась с опаской и даже хотела повернуть домой — в детстве, когда они с братом шалили, их пугали живущим по соседству великаном-людоедом по имени Жиль Боссэ.

— Тебе нечего бояться, — успокоила ее Джулия. — Великан-людоед давно превратился в доброго волшебника.

Жиль Боссэ принял молодых людей радушно и тотчас послал Марселя за вином. Он даже сделал гостям комплименты, сказав, что Клотильда расцвела и стала очаровательной юной леди, а Гюстав вымахал и возмужал. Они, в свою очередь, отнеслись к старику с большим почтением. Джулия была удивлена, когда дед поинтересовался, кто теперь гостит на ранчо Ламонов. Услышал, что вскоре к ним нагрянет компания молодых людей, среди которых будут и англичане, старик радостно воскликнул:

— Тогда мы пригласим их сюда и устроим вечеринку! Тебе это понравится, Жюльетта, правда?

— Ну… — Джулия не могла представить себе подобное развлечение здесь, в Мас, да и Гюстав, видимо, тоже засомневался.

— Их манеры очень, как бы это сказать… э… современные, — сказал он.

— Жюльетта тоже девушка современная, — заверил его Жиль, — так же как и мои племянники, которые совсем не умеют себя вести в приличном обществе. Сам я, естественно, не участник.

Дед оживился, радуясь, что сможет доставить внучке удовольствие повеселиться в компании своих сверстников. Он сказал, что в доме есть радиола, а Ги достанет необходимые пластинки. Молодые люди смогут потанцевать, ведь они это любят. И конечно, Джулия должна купить себе новое платье.

— Что-нибудь такое, что было бы к лицу дочери Камарга, — неопределенно добавил он, и Джулия поняла, что имеется в виду платье с длинной юбкой.