– В следующий раз, когда получу приглашение, я не забуду, что ты по мне скучаешь, – пообещал он.

– Не стоит. Ты можешь уезжать со своим другом Ральфом куда угодно и когда захочешь. Чем чаще, тем лучше. Ну, а теперь я могу идти? У меня дела.

– Продолжай, – сказал Макшейн, удерживая ее за руку.

– Что?

– Кричи, визжи, дерись… продолжай.

– Зачем ты это делаешь?

– Потому что я не люблю, когда мне угрожают.

– А я не люблю, когда меня тащат против моей воли. Да еще мучают и насмехаются надо мной!

К удивлению Энн, ее слова возымели действие. Макшейн отпустил ее руку, хотя продолжал внимательно смотреть на нее, как будто его темные глаза хотели проникнуть к ней в душу.

– Видимо, ты больше любишь командовать.

– То же самое можно сказать и о тебе. Его улыбка стала язвительной.

– Может быть. А может, я хочу тебя предостеречь.

– О чем?

– Если дело коснется власти твоей и моей, Энн Макшейн, моя власть одержит верх. Кажется, дела в салуне…

– Дела в салуне идут прекрасно…

– Возможно, хотя не уверен.

– Ты не имеешь права вмешиваться…

– Очень даже имею. Я владелец большей части заведения. Или ты что-то скрываешь, Энн?

– Ничего, – поспешно ответила она. – Абсолютно ничего. Просто я делаю то, что считаю нужным. Я независима в своих решениях и своем мнении.

– Слишком независима.

– Нет, не слишком. Здесь все сделано моими руками. Я создала этот бизнес, причем настолько прибыльный, что могу рискованно играть. Я…

– Ты, – мягко прервал он, – занимаешься опасными делами. Я еще не знаю всего, что здесь происходит, но хочу тебя предупредить: или ты добровольно откажешься от своих рискованных затей, или мне придется тебя заставить. Я немедленно уберу тебя отсюда, иначе нас обоих убьют. Куда-нибудь на ранчо или в прелестный маленький домик. От греха подальше.

– Подальше от тебя, чтоб не мешала?

– Возможно, – согласился Макшейн. – Ведь я наблюдал, как ты слушала шерифа. Сплошное обаяние, приятная улыбка, широко раскрытые невинные глаза. Кажется, мне действительно нужно разобраться, что здесь происходит.

– Ничего здесь не происходит, – раздраженно воскликнула она. – Не мог бы ты оставить меня в покое?

Энн повернулась, чтобы уйти, но он опять схватил ее за руку.

– Я хочу, чтобы ты дожила до почтенного возраста. Я о тебе беспокоюсь.

– Ты едва меня знаешь!

– Но я ведь твой муж. И, черт тебя побери, Энн, волнуюсь за тебя, понятно?

– Кто сам ищет себе волнений, тот обязательно их найдет.

– Не зли меня, Энн.

Она вырвала руку и, чтобы прекратить разговор, заторопилась в кухню, где вместе с Анри проверила запасы и составила список того, что нужно купить в ближайшее время.

За работой время пролетело незаметно.

Энн радовалась, что надолго избавилась от опеки Макшейна, не видит его, не знает, чем он занимается.

Из кухни она поднялась в свою комнату.

Здесь уже побывала Сэмми-Джейн, сменила простыни, взбила подушки, помыла ванну, налила в кувшин свежей воды.

Энн первым делом открыла шкаф и облегченно вздохнула. Макшейн сюда не заглядывал. Пока. Нужно получше спрятать оружие и мужской наряд. Она набросала на них шали и нижние юбки, прислонила китайскую ширму к стене и вернулась в салун.