Нотариус, Дерек Хэттерсли, нервничал больше, чем Райаны, и от волнения то и дело сморкался. Завещание было сложное. Наверняка каждый член семьи считал именно себя главным наследником. Нотариус прокашлялся и заговорил:

– Должен вас всех предупредить, что большая часть имущества мистера Райана отныне будет принадлежать одному лицу. Но есть в завещании существенные распоряжения, касающиеся и остальных членов семьи. – Он улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку.

Единственным, кто ответил нотариусу на улыбку, был Бенджамин Райан, и Дерек Хэттерсли окончательно убедился в том, что тот слегка навеселе.

– Ну, тогда я начну. – Он снова откашлялся и стал читать:

Я, Майкл Дэвид Райан, находясь в здравом уме, оставляю все, чем владею, за вычетом нескольких пожертвований, которые я детально обозначу ниже, своей сестре Море Райан".

Дерек Хэттерсли обвел взглядом сидевших перед ним, но не заметил, чтобы кто-нибудь из них изменился в лице. Тут он подумал, что все Райаны – преступники или уж, во всяком случае, не те люди, которые склонны проявлять свои эмоции. Он вздохнул. Если они собираются оспаривать завещание, пусть занимаются этим сами. Он не позволит втянуть себя в такое запутанное дело.

"Я оставляю ей всю мою собственность и все вложения, – продолжал нотариус, – а также две трети из капитала, который лежит на моем банковском счете. Остальное следует поделить между моими родителями и братьями. Моей племяннице Карле Райан и моему племяннику Бенджамину-Антони Району я завещаю по двадцать тысяч фунтов каждому. Доля Бенджамина-Антони должна храниться в банке на его счете до достижения им двадцати одного года. Карла Райан может получить свои деньги немедленно. Пятнадцать тысяч фунтов я оставляю Джозефу Майклу Спенсеру, моему внучатому племяннику, они тоже должны храниться на его счете до достижения им двадцати одного года. Двадцать тысяч фунтов я завещаю Джерри Джексону, моему ближайшему другу".

Дерек Хэттерсли снова высморкался и обвел взглядом собравшихся.

– Майкл Райан пожелал составить завещание максимально лаконичным и сам написал текст, я только дал ему образец. Он также оставил два письма. Содержание их мне неизвестно. – Теперь, наконец, нотариус мог вздохнуть с облегчением. Кажется, он благополучно выпутался из создавшейся ситуации. – Письма адресованы матери и сестре. – Нотариус кивнул вначале Саре, а потом Море.

Никто так и не нарушил молчания. Наконец Сара дрожащим голосом спросила:

– Где мое письмо?

– Вот оно, миссис Райан. – И нотариус передал Саре длинный белый конверт. Она впилась взглядом в адрес, написанный мелким, аккуратным почерком ее покойного сына. Потом сказала:

– Мою долю прошу передать в фонд помощи вдовам полицейских!

Рой ошеломленно воскликнул:

– Ты не можешь так поступить!

– Могу, Рой Райан. Я не возьму ни пенни из этих кровавых денег. – Она взяла свою сумку и, сделав знак мужу следовать за ней, покинула контору.

Дерек Хэттерсли опять высморкался. Нос его стал красным и лоснился. Он передал Море ее письмо. Она вежливо его поблагодарила.

– Не будете ли вы любезны подписать некоторые документы...

– Разумеется, – улыбнулась Мора.

Через двадцать минут все покинули контору.

– Ну вот, Мо, теперь все: объявлена последняя воля Мики.

– Да, Гарри. Теперь мы окончательно с ним расстались.

Лесли обнял ее:

– Держись, девочка, Мики не понравилось бы, что ты киснешь.

Мора через силу улыбнулась. Галантность не очень-то шла Лесли.

– Пойдемте куда-нибудь и выпьем как следует, – предложил Ли.