Она чувствовала себя разбитой. Тело и голова болели нестерпимо. Не снимая пальто, Кэтрин направилась было в кухню поставить чайник, но ее зашатало. Неожиданно раздался звонок в дверь. Прихрамывая и держась за стену, она побрела в прихожую.

Кэтрин подумала, что, может быть, хозяин гаража уже прислал мастера, но, когда открыла дверь, увидела, что на пороге опять стоит Зейд. Ей захотелось захлопнуть дверь, и она попыталась так и сделать. Но он выставил ногу вперед.

– Впустите меня, Кэт!

Она все еще пыталась закрыть дверь, но Зейд держал ее рукой.

– Прекратите! С вами все в порядке?

– Конечно, – неуверенно сказала она, не глядя на него. – Не могу понять, почему вы…

– Я же вам сказал, прекратите. – Зейд вошел и закрыл за собой дверь. – Я был в гараже, когда вы позвонили. А когда услышал конец разговора, сразу поехал сюда. Я подумал, может, вам нужна помощь.

– Мне не нужна ваша помощь. Если вы узнали, что со мной, почему не позвонили Гарри? – спросила она с раздражением.

– Потому что я оказался ближе. – Он пристально посмотрел ей в глаза. – А почему вы сами не позвонили?

В его взгляде читались вызов и обвинение. А она смотрела на него, пытаясь избавиться от вновь возникшего ощущения пугающей близости.

– Потому что у меня не было времени. Сначала гараж, потом вы… Я еще не успела снять пальто, не успела выпить чаю. – Кэтрин продолжала смотреть на него, слишком измученная, чтобы отстраниться.

Он же потянулся к ее лицу.

– Дайте-ка мне осмотреть ваши ссадины.

– Не прикасайтесь ко мне!

Кэтрин инстинктивно отпрянула… и едва не упала. Но Зейд поддержал ее, что-то раздраженно пробормотав. Затем поднял на руки, отнес в кухню, где посадил на стол.

– Ну вы и штучка! – выпалил он. – За вами нужен глаз да глаз. Не ведите себя так, будто я собираюсь вас совратить.

Она уставилась на него, потрясенная. И Зейд по-прежнему раздраженно произнес:

– Попытайтесь вести себя разумно. А я попытаюсь определить, что вы с собой натворили.

Он решил помочь, несмотря на ее протест. Тогда она утихомирилась и закрыла глаза. Силы покинули Кэтрин. Зейд отодвинул черные кудри со лба и стал рассматривать кровоподтек и ссадину. Потом принес горячей воды, спросил, где у нее аптечка, и вернулся с чистой салфеткой.

– Сидите смирно, я промою ранку, – сказал он.

Ей было больно от его прикосновений, но не из-за ссадины. Она скорчила гримасу, когда его теплая рука коснулась ее лица. Зейд все делал молча, и, когда наконец эта китайская пытка закончилась, Кэтрин с облегчением вздохнула. Ну все, сейчас он уйдет. Она чувствовала себя гораздо хуже, чем когда машина съехала в кювет. От присутствия Зейда, а не от удара.

– А теперь посмотрим ногу! – скомандовал он.

Но на этот раз Кэтрин была решительнее.

– С ногой все и порядке! Это просто ушиб. Я как-нибудь справлюсь сама.

– На вас шерстяные колготки, и они порвались, – заметил Зейд раздраженно. – Ничего себе, ушиб!

– Я сама займусь ногой. Оставьте меня в покое! – Она почти кричала на него, ужасно волнуясь, а он был абсолютно спокоен.

– Послушайте, насколько я понимаю, вы хотите, чтобы я позвонил Гарри? Хотите, чтобы он приехал?

Кэтрин опустила глаза, покачала головой… и застонала – ей и впрямь стало больно.

– Нет!

– Тогда разрешите мне самому сделать все как надо.