– О, мне известно, – холодно ответил он ей. – Я только ждал, когда ты наконец мне это скажешь. Но я никак не ожидал, что сначала ты поделишься новостью со Стеллой.

Кэтрин с ужасом смотрела на Зейда. Что он такое говорит? Он что, злится на то, что Стелла знает про ее беременность?

– Я бы никогда ей не сказала, если бы она не наговорила мне того, что наговорила. Ты же сам мне советовал разобраться с ней. У меня был только один способ. – Слезы застилали ей глаза, но она не смахивала их. – А что я должна была делать? Стоять и слушать, как она говорит мне, что я еще одна новенькая и скоро надоем тебе, как и все предыдущие? Она заявила, что ты всегда возвращаешься к ней. Поэтому… поэтому я…

– Поэтому ты решила сразить ее наповал.

Зейд устремил на нее взгляд холодных голубых глаз, а она отвернулась, уткнувшись головой в подушку.

– Это единственное, что я могла сделать…

– Разве? А я думал, что у тебя есть я. Кажется, об этом ты забыла. – Зейд замолчал, а Кэтрин не осмеливалась взглянуть на него. Он сел рядом, повернул ее за плечи лицом к себе. -Да, – сказал он тихо. – Ты действительно здесь новенькая. Ты готова поверить в любую небылицу. Я никогда не мог бы вернуться к Стелле, потому что никогда не был с ней. Женщина, которая ходит за мной по пятам и учит меня, как жить, что делать, никогда бы не могла мне понравиться. И поэтому я женился на той, на какой хотел. Но она, кажется, не очень-то хочет иметь от меня ребенка.

– Ты что?! – в ужасе уставилась на него Кэтрин. – Как ты мог такое подумать?

– А что я должен думать, если ты все это время скрывала от меня сей факт? Если бы ты была счастлива, ты бы тут же поделилась со мной этой новостью. Я же не последний идиот, Кэт. Но ты молчала. И единственное, что мне пришло на ум, – это то, что сама мысль о ребенке тебе противна.

– Почему ты всегда предполагаешь худшее? – разбушевалась Кэтрин. – Просто я была не уверена. – Она почти кричала на него. – Любая женщина мечтает иметь ребенка от мужчины, которого любит!

Она была слишком рассержена и не осознавала, что говорит. Но Зейд расплылся в радостной улыбке.

– Вот сейчас я вижу, что в тебе течет итальянская кровь. В такие моменты твои глаза горят как угли. – И он притянул ее к себе сильными руками, стараясь сдержать ее попытки сопротивления. – Когда ты злишься, у тебя и язык развязывается. А я уже начал беспокоиться, не придется ли мне ждать несколько лет, пока ты скажешь, что любишь меня.

– Я этого и не говорила! – отрезала Кэтрин.

– Нет, сказали миссис Маккензи, не отпирайтесь. И скажете еще не раз. А сейчас я наконец услышал то, что хотел. – Он погладил ее по кудрявой голове, крепко прижал к себе, баюкая, как младенца. – И не надо быть такой ревнивой, – прошептал Зейд. – Я схожу с ума по своей жене.

– Правда? – Кэтрин посмотрела на него с таким томлением, что он улыбнулся.

– Правда. А почему, ты думаешь, я заставил тебя выйти за меня замуж? – Он слегка коснулся губами ее щеки. – Я люблю тебя, ясноглазая.

– О, Зейд! – Кэтрин обвила руками его шею, с радостью подставляя лицо для поцелуев, раскрывая ему навстречу трепетные губы. – А почему ты сам никогда не говорил мне об этом?

– Ты мне постоянно твердила, что Гарри твой лучший друг, что ты хочешь стать его женой, что ты любишь его. Даже в последний день ты готова была его простить. Ты провела в моих объятиях всю ночь, а на следующий день он появился и едва не уговорил тебя вернуться к нему.