– А что с женщинами и детьми? – обеспокоенно спросила Десса, усаживаясь на круп лошади позади Бена.

– Шериф согнал их в мой шатер. Они плакали и кричали, но не думаю, чтобы им причинили какой-то вред. Мужчинам пришлось гораздо хуже… Впрочем, это понятно. – С этими словами он вскочил в седло и поскакал вперед, показывая дорогу.

Около устья каньона, где тропа раздваивалась и вела либо назад, к городу, либо на северо-запад, в горы, Митчел натянул поводья.

– Не знаю, как вы, а мы с Селией подадимся на север, быть может, до самой Канады.

Сердце Дессы упало.

– Но ведь мы только что нашли друг друга! Неужели мы вот так расстанемся?

Митчел подъехал поближе и протянул ей руку.

– Прости, сестренка, но мне никак нельзя остаться. Любой в Штатах будет не прочь заработать на моей голове. А есть и такие, что предпочтут награде мой скальп. Я устал убегать, скрываться, оглядываться… Я хочу покоя. – Он ласково посмотрел на ожидавшую его индианку и поправился: – Мы хотим покоя.

– Я не могу тебя… вас отпустить, – всхлипнула Десса. – Мы поедем с вами, правда, Бен?

Бен с грустью посмотрел на нее и ничего не ответил.

– И обречете себя на вечное бегство? – возразил Митчел. – Нет, вы должны остаться. Займитесь этой дикой пустыней, займитесь всерьез. Пусть грязные деньги отца хотя бы так поработают на благо людей. Я же сделаю все, как сказал, обязательно пришлю весточку… В душе я всегда был с тобой, сестренка, и всегда буду с тобой. Дорогая, милая Десси… Бен, старина… Любите друг друга! Кто знает, может, мы еще и встретимся.

– Нет, Митчел, нет!..

– Забери ее, Пул, и смотри, обращайся с ней хорошо, а не то я вернусь и найду тебя.

Бен коротко кивнул и вонзил шпоры в бока лошади.

Десса обхватила руками его за пояс и уткнулась лицом ему в спину, продолжая повторять сквозь слезы имя брата. Сквозь рубашку Бен чувствовал теплую влагу, но продолжал гнать лошадь вперед, не позволяя себе оглянуться.

Уставшие и продрогшие, они въехали в Виргиния-Сити. Бен сразу направил лошадь к «Золотому солнцу». Подъехав к салуну, он спешился и подхватил Дессу.

– Иди, расскажи Роуз и остальным, что случилось. Если там есть мужчины, способные держаться в седле, пусть выходят и ждут меня около конюшни, а я пойду найду еще кого-нибудь.

– Бен, что ты задумал?

– Помочь Муну переловить всех головорезов.

Десса вцепилась в него как безумная:

– Я не пущу тебя. Зачем? Ты же сам сказал, что все кончено. Умоляю тебя, не надо!

Видеть, как он уезжает, было выше ее сил. Ей хотелось только одного – чтобы Бен покрепче прижал ее к себе и не отпускал. Прощание с Митчелом лишило ее последних сил. Во всем мире у нее остался только этот мужчина, и она так любила его! А если его убьют? Нет, она не может потерять его.

– Десса, все действительно кончено, – мягко проговорил он. – Со мной ничего не случится. А теперь иди. Ты и сама понимаешь, что я должен довести дело до конца. Ради тебя, ради Мэгги, ради себя самого. – Он нежно распрямил судорожно сжатые пальцы Дессы и не отпускал их, с любовью глядя в ее полные слез глаза.

Десса покорно кивнула. Да, конечно, она все понимает.

– Тогда поторопись. Сделай, как я сказал. Время не ждет.

Придерживая юбки, она поспешила в салун и попала прямо в объятия Роуз.

– Что случилось, девочка? Что стряслось?

Не вдаваясь в излишние подробности, Десса поведала о том, что произошло в Алдер-Галч, умудрившись ни разу не упомянуть о брате.