А вполне возможно, что тогда припеваючи жил бы да был в своем домике Вадим Коробов с женой Антониной и сыном Константином и носа бы в Каменную степь не думал совать. И горя бы не знал.

Да беда только, что альтернативная история лишь в мыслях и на бумаге существовать может, а на практике все как было, так и остается. Ничего изменить нельзя. Иначе бы никто уже не помнил, кто такие Илюшка с Колькой да Йоськой, и Мишка с Борькой…

И Вадим Коробов ни в какую бы историю не встрял.

Глава первая

— И занесла же меня к вам нелегкая, Сан Саныч, — привычно ворча, Никита вошел в бунгало, на ходу сбрасывая с плеч полиэтиленовую накидку. На джунгли сплошной стеной низвергался тропический ливень.

Старый доктор ничего не ответил — возился с пациентом. Маленький тщедушный негр — кожа да кости, да цветастая набедренная повязка — сидел на табурете и стоически переносил операцию без наркоза на своем плече.

Никита бросил взгляд на стол. Там, в лотке, лежали окровавленные корнцанг, скальпель и сплющенная пуля. Сан Саныч как раз заканчивал операцию, зашивая рану обыкновенной суровой ниткой.

— Вот и все, — удовлетворенно сказал он, обильно присыпал шов стрептоцидом и наклеил сверху суконную нашлепку. Бинтов в единственном на всю Центральную Африку российском отделении Красного Креста отродясь не было. Как и антибиотиков, и анестетиков. Как и всех других лекарств, кроме аспирина, анальгина, стрептоцида и йода. Впрочем, месяц назад не было и этого.

Негр никак не отреагировал. Сидел, безучастно уставившись куда-то в угол, и по его остановившемуся мутному взгляду легко угадывалось, что он вот-вот свалится с табурета на пол. Сан Саныч открыл пузырек с раствором аммиака, поводил им у носа пациента. Негр дернулся, отчаянно замотал головой, замахал здоровой рукой. Попытался вскочить с табурета, но Сан Саныч его удержал.

— Кто этот пигмей? — спросил Никита. — Партизан?

Старый доктор только покачал головой.

— Неужели из правительственных войск? — не поверил Никита. — С каких это пор там в одних набедренных повязках щеголяют?

— Почему, если раненый, то обязательно вояка? — возмутился Сан Саныч. — Обыкновенный мирный житель из местного племени. Шальная пуля…

Он наклонился к пигмею и что-то спросил его на местном наречии. Негр защебетал в ответ, отрицательно мотая головой. Тогда Сан Саныч протянул ему конволюту аспирина и принялся втолковывать, что с ней надо делать. Негр внимательно слушал и кивал.

Никита подошел поближе и известным международным жестом потер в воздухе пальцами перед лицом пациента.

— Money-money? — встрял он в объяснения Сан Саныча.

— Отстаньте от него, Никита! — возмутился доктор. — Какие деньги? Мы — российский Красный Крест! А потом, он не из поселка, а из джунглей. Не понимает он, что вы хотите.

— Thank you, sir, — неожиданно проговорил пигмей, настороженно заглядывая в глаза Никиты.

Никита расхохотался.

— А вы говорите, не понимает! Хватит вам «за спасибо» лечить, а то сами скоро ноги протянете. Учитесь у американцев, они за такую операцию три шкуры с пациента сдирают. Ваш точно бы без набедренной повязки в джунгли вернулся.