|
. Росту среднего. С меня, но потоньше в кости. Аккуратный такой, перстень на пальце, но я не рассмотрел что там за печатка. Одет в тот раз был в плащ с капюшоном, по погоде. И обычно ничего такого не надевал. По сезону. Раз в три месяца, в два. Как-то месяца четыре его не было. Что еще… Глаза серые, волосы темно-русые, вон как у тебя. Бородка и усы. Такие хитрые, соединяются. Усы по краям рта переходят в бородку. Не длинную. Чуть не забыл — шрам у него был на виске. На левом, — Джек поднес пальцы к своему виску. — Нет, на правом. Небольшой шрам. От ножа. Я таких в свое время насмотрелся. И все, больше я ничего не заметил. Приходил один, уходил один. Девок не водил и не кадрил. Если ты меня сейчас спросишь, не сидел ли он за все это время с Фомой за одним столиком, я пошлю тебя на хрен, ибо, что я тебе, компьютер, чтобы столько всего в голове держать. И разозлюсь. Так что — лучше не спрашивай.
— Я и не спрошу, — Иван посмотрел на часы. — Не знаешь чем заняться? — участливо спросил Джек. — Еще куча времени, — признался Иван. — Хренова куча времени. Убивая такую кучу времени, я начинаю чувствовать себя серийным убийцей. Или организатором геноцида. Джек тоже глянул на часы. — Сейчас у нас четыре часа. Ты сядешь за стол, к тебе подойдет Франсуаза, и ты интеллигентно сделаешь заказ… — Это в смысле — рукам воли не давать? — Именно. Я и сам еще не наигрался, между прочим. Смотреть — смотри. Даже за пазуху. Там есть на что посмотреть. Сделаешь заказ, она тебе его принесет минут через тридцать, у нас тут не фастфуд, у нас тут разогретое не подают. Эти тридцать минут ты скоротаешь за кружечкой пива. Орешков я тебе не предлагаю, а вот рыбца с Волги мне недавно привезли. Пососешь. Пока покушаешь, пока запьешь это кофейком по моему особому рецепту, с коньяком и перцем, вот уже и время подойдет, твои секретные восемнадцать часов. Как тебе план? План был хорош. Даже в своем угрюмом настроении Иван не мог не признать, что план полностью соответствует его взглядам на счастливую жизнь. Не совсем, но очень близко. Иван хотел честно это сказать, но не успел. За окном прогремел взрыв. Близко — стекла влетели внутрь бара, взрывная волна сорвала занавески. Иван успел только пригнуться, Джек — присел за стойку. Закричала женщина — ее зацепили разбившиеся стекла. Женщина стояла на коленях, смотрела на кровь, пульсирующей струйкой бьющую из правой руки, и кричала. — Твою мать! — Джек схватил полотенце и побежал к раненой, чтобы остановить кровь. Иван первую помощь оказывать не стал. Он спрыгнул с табурета, вытащил из кобуры «умиротворитель» и подошел к оконному проему. Под ногами хрустело выбитое стекло и трещали пластиковые листья искусственных растений. В ушах гудело, да и на музыкальный автомат взрыв особого впечатления не произвел. Автомат переключился и затянул «Онли ю». Иван поднял пистолет. На противоположной стороне улицы стоял патрульный вездеход, уткнувшись в фонарный столб. Странно, но лампа фонаря уцелела и продолжала освещать улицу. Взрывом машину не перевернуло, но тем, кто сидел внутри, позавидовать было сложно. Хотя дело было даже не в этом. Заряд был небольшой. В мотоцикл на обочине могли, в принципе, заложить столько взрывчатки, что патрульный вездеход разлетелся бы в клочья. Но его только тряхнули. Это значило, что… Иван выстрелил, не задумываясь. У парня, вынырнувшего из подъезда дома напротив, в руках был автомат, допотопный, как и все оружие галат. То ли они брезговали новинками, то ли старье достать было проще. Парень был высокий, стройный, красивый или нет, рассмотреть было невозможно из-за повязки на лице. |
