— Останешься с ней, — приказал я Захару. — Ищи там в своих кульках, чем помочь. Головой за неё отвечаешь. Остальные — за мной!

Мы бросились к избе. План захвата я придумал на бегу. Стены избы выглядели серьёзно, дверь тоже. Окон нет. А вот на крыше — связки соломы, уложенные плотными рядами. Солома — не бревно. А значит, шансы есть.

— Егор. Можешь взлететь на крышу?

— С тобой? — мгновенно понял Егор.

Я кивнул. Приказал остальным:

— Бейте в дверь что есть силы. Пусть эта тварь на два фронта работает.

Охотники бросились к крыльцу. А мы с Егором взлетели и приземлились на крыше.

— Больше я так не смогу, — оседая на солому, выдохнул Егор. — В последний раз получилось.

— Никаких мне последних разов! — одёрнул я. — Накаркаешь! — и долбанул Ударом по соломе под ногами.

Переборщил. Вынес больше соломы, чем нужно. И мы с Егором провалились внутрь, в избу.

Сгруппироваться я успел. Удар от падения погасил перекатом и тут же вскочил на ноги. Выхватил меч.

Источник света, по счастью, принёс с собой — пролом в крыше. Иначе бы вовсе было темно, хоть глаз коли. А так я успел заметить движение. Колдун метнулся за печь, которая стояла посреди избы. Здоровенная печь, с лежанкой и всеми необходимыми приблудами. Та, за которой я двадцать лет пролежал, была не такая модная.

Интересно, нахрена колдуну печь? Он ведь, если не ошибаюсь, человеком быть перестал? Или нечисть тоже мёрзнёт?

Задать вопрос я не успел. Из-за печи шарахнуло. Не по мне — по Егору. Который, ослабленный повторной левитацией, пытался подняться с пола. По этому самому полу он и проехался на боку до стены. Врезался в неё и затих.

Угу. И их осталось шесть. Пять из которых — снаружи, лупят Ударами в дверь. Та вздрагивает, но не поддаётся. То есть, я могу рассчитывать только на себя.

— Твой товарищ ещё жив. — Голос раздался как будто со всех сторон сразу. Ориентироваться на звук было невозможно, а фигуру колдуна от меня скрывала печь. — Если я ударю ещё раз, он умрёт.

— Так почему же не ударяешь?

Я высматривал противника, но постоянно видел только его тень, либо чёрный силуэт. А вот появились горящие жёлтым глаза. И ещё этот голос, прямо всверливающийся внутрь черепа.

— Хочу сохранить жизнь ему и тебе. В обмен на жизни тех, кто бьётся снаружи. Если ты не помешаешь мне их убить, вас двоих я отпущу.

— Обещаешь, что отпустишь? — прикинулся заинтересованным я.

— Клянусь! — В голосе зазвучало самодовольство. Понятное дело, что отпускать этот урод не собирался никого из нас. Просто радовался тому, как легко удалось меня обдурить. — Подойди к двери и отодвинь засов.

— А точно отпустишь? — Мне требовалось несколько лишних секунд, чтобы оценить обстановку.

— Да, да! — В голосе колдуна прорезалось нетерпение. — Открывай!

— Окей.

Я двинулся к двери. И даже откинул засов. А в следующую секунду резко обернулся и метнул кинжал. Теперь я знал, куда целиться — в то место, откуда будет удобно бить колдуну. Так, чтобы разом уничтожить охотников.

Урона кинжал не нанёс, колдун просто отмахнулся от него, как от мухи. Но я на урон и не рассчитывал. Всё, что мне было нужно — убедиться, что правильно вычислил, где засела эта тварь. Я не ошибся.

Печь стояла посреди избы, и лупить по двери, находясь за ней, было бы неудобно из любого положения. Колдун принял стратегически верное решение — когда я пошёл к двери, оказался на печи. Единственное, в чём ошибся — недооценил меня.

За ту долю секунды, что колдун отмахивался от кинжала, я бросился к печи.