Понедельник, 14 ноября

Келлер

Сегодня холодно. Иду по главной улице в направлении "Трех Петуний". Знаю, мне не следует отвлекать Кейти от работы, но я договорился о дополнительной смене в "Ред Лайон Роад" на сегодня и просто не могу так долго ждать, чтобы поделиться с ней хорошими новостями. Чувство самореализации и возбуждение от собственного мятежа вызывает дрожь во всем теле. Ощущения невероятные. Неужели, так оно и должно быть, когда сам управляешь своей жизнью? Я чувствую себя всесильным. Не в смысле придурком с большим эго, а как будто я только что окончательно разобрался со всем своим дерьмом.

Звон колокольчика извещает о моем прибытии. До встречи с Кейти я никогда не замечал его. То, как она шутила по поводу него в "Граундс", было до ужаса мило и я каждый раз вспоминаю об этом, когда слышу его.

Шел поднимает голову от букета цветов, лежащего перед ней и зловеще улыбается мне. Кажется, я попал.

— Привет, Ромео.

Решаю, что игнорирование ее попыток смутить меня, лучший вариант.

— Привет, Шел. — Меня выдают покрасневшие щеки, от чего ухмылка на ее лице становится только шире.

Кейти поворачивает голову на звук моего голоса. Простое действие, которое делает меня чертовски счастливым. Я не видел ее с утра, когда она ушла на занятия, но после совместных выходных, несколько часов для меня как целая вечность.

— Привет, красотка.

— Привет, красавчик. Никак не можешь расстаться со мной? — соблазнительно улыбается она.

Качая головой, захожу за прилавок и обнимаю ее. Никак не могу расстаться с ней. От Кейти пахнет моим мылом. Мне нравится знать, что она пользовалась моим мылом. В моем душе. В моей квартире. Этим утром. Теперь, когда она в моих руках, я не могу сопротивляться желанию поцеловать ее.

— Келлер, вообще-то мы тут на работе. Возьми себя в руки, — прочистив горло говорит Шел.

Я улыбаюсь, пожимаю плечами и невинно хлопаю ресницами, глядя на нее.

— Что? — Я знаю, она просто шутит. Увидев нас вместе в субботу и отойдя от первичного шока, Шел дала свое благословение, предупредив, что "отрежет мои чертовы яйца", если я причиню хоть какую-то боль Кейти.

Пришлось поклясться собственными органами, что этого не произойдет.

Шел угрожающе смотрит на меня: а потом у нее вырывается хриплый, но, тем не менее, женский смешок. — Мне нелегко это говорить, потому что обычно от всего этого меня просто тошнит, но вы двое такие милашки. Никакое другое слово даже и не приходит на ум. Вы чертовски милые.

— Шелли, я не хочу быть милой. Почему я не могу быть крутой, как ты? Ты никогда меня так не называешь, подруга. Знаешь ли, это вроде как искажает мой образ, который я сама создала у себя в голове. — Кейти смеется, когда Шелли закатывает глаза и игнорирует шпильку в свой адрес.

Я снова целую Кейти в макушку.

— Ты и крутая... и милая... и сексуальная.

— Достаточно, красавчик, — быстро обрывает меня Шел. — Тебе лучше иметь вескую причину, нежели приставание к моей сотруднице, чтобы находиться здесь.

В ответ я просто с улыбкой смотрю на Кейти.

— Так оно и есть. Могу я украсть ее на секунду?

Шел кивает головой.

— Только быстро. И если я услышу хоть что-то отдаленно напоминающее сексуальные действия, то сразу предупреждаю вас — я войду. Так что даже и не думайте об этом.

— Так точно, командир, — отдает честь Кейти.

— Спасибо. — Я веду Кейти в подсобку и закрываю за нами дверь.

Она улыбается мне, но в глаза плещется беспокойство.

— Что случилось?

— Я сегодня встречался со своим научным руководителем.