— Престон может быть на редкость очаровательным.

— Конечно, он очарователен, — Орхидея сузила глаза. — Ставлю мой следующий авторский гонорар на то, что этот подхалим — высококлассный талант-харизматик. К тому времени, когда родители поняли, что он вовсе не тот славный парень, каким казался, было уже поздно. Он просочился в департамент синергетических исследований в институте.

— Признаю, что теперь, пообщавшись с ним в течение нескольких месяцев, я очень рада, что ты не вышла за него замуж, — медленно сказала Вероника. — Не думаю, что он сильно нравится коллегам, но не стоит отрицать, что он отрабатывает свое пребывание в Нортвилле.

— Ты имеешь в виду, что он выбивает денежные субсидии.

Вероника криво усмехнулась.

— Не стоит недооценивать власть человека, который может привлекать большие корпоративные гранты. Институт Норт — это башня из слоновой кости. Те из нас, кто живут в ней, любят притворяться, что мы выше этих грязных, мирских дел. Однако все понимают: для того, чтобы институт развивался, нужны наличные деньги.

Орхидея вздохнула.

— И в итоге, несмотря на то, кем он является, Престон Лус — просто благодетель.

— Да. Он только в прошлом месяце привлек еще двух корпоративных спонсоров. Лус для института — курочка, несущая золотые яйца.

Орхидея поморщилась. Тем временем официант вернулся с подносом.

— Полагаю, он будет на свадьбе?

— Конечно. — Вероника замолчала, пока перед нею аккуратно ставили салат. — Ты же знаешь, как принято у нас в институте. Это маленький мирок. Едва ли можно исключить из списка приглашенных высокопоставленного члена исследовательского факультета.

— Наверное. — Орхидея с сомнением посмотрела на блюдо с горячей жирной картошкой. — Я не жажду его видеть, но не беспокойся: сцен закатывать не буду.

— Я и не думала, что ты на это способна. — Вероника полила красиво уложенную на тарелке зелень из маленькой ложечки. — Понимаю, тебе всегда нелегко возвращаться в Нортвилл, и присутствие Престона сделает ситуацию для тебя еще более неловкой.

Орхидея откусила кусок от своего сочащегося майонезом бутерброда с лососе-тунцом.

— Справлюсь.

— Конечно, справишься. Но я знаю, что это будет для тебя испытанием.

Орхидея пожала плечами. Вероника была права. Поездки домой всегда были для нее источником напряжения, и с каждым годом становилось все труднее. За это время все ее бывшие одноклассники получили ученые степени и защитили докторские в различных областях, связанных с синергетической теорией. Большинство из них занимали престижные должности в институте, и почти все были женаты и собирались заводить семьи.

В мире, где женитьбу считали моральным обязательством перед обществом и серьезной ответственностью перед семьей, она даже не сумела найти себе мужа.

Хотя, если вдуматься, все, что она сделала в жизни на данный момент, — издала три романа о психоэнергетических вампирах. Достижения, по стандартам Нортвилла, не ахти какие.

«Возвращение в Нортвилл слегка напоминает возвращение в колледж на встречу выпускников, где обнаруживаешь, что ты единственный неудачник в классе», — размышляла она. То, что все считали, будто она отклонила Престона Луса, рекомендованного брачным агентством как потенциального кандидата в мужья, просто из любви к мятежу, еще больше все усложнило.

Вероника задумалась.

— Знаешь, что ты должна сделать?

— Что? — с набитым ртом спросила Орхидея.

— Приезжай на свадьбу со спутником от агентства.

Орхидея чуть не подавилась.