— А ты как?

— Нормально. — Она шарила вокруг в поисках упавшей сумочки. — Господи, Раф, они хотели убить тебя. Двое против одного.

Гнев в ее голосе заставил его улыбнуться.

— Нет, силы были равны. Двое против двоих. Ты меня прикрывала.

— Спасибо за предоставленный кредит доверия, — Орхидея отряхнула колени на джинсах и встала на ноги, — но не думаю, что от меня был какой-то толк. Сотрудники «Синерджи инкорпорейтед» обучены справляться с разнообразными ситуациями, возникающими в процессе фокусирования, однако я сомневаюсь, что произошедшее вписывается в образ высококлассного агентства, за который так ратует Клементина.

— Тогда, наверное, ей не следует подписывать контракты со сталкерами. Мы точно не самые элитные клиенты. — Взяв Орхидею за руку, он прислушался к затихающим шагам убегавших.

Адреналин все еще горячил его кровь. Раф знал из прошлого опыта, что пройдет некоторое время, прежде чем закончится эйфория. Даже притом, что он больше не концентрировал талант, все его чувства были обострены и реагировали на множество ощущений, которые дарила ночь. Он также остро ощущал невероятно гладкую кожу руки Орхидеи, чувствовал ее тепло, легкий, присущий только ей, уникальный запах. В его животе вновь начал нарастать незатихающий голод.

«Все это последствия выброса адреналина», — напомнил он себе. Естественный химический коктейль, созданный насилием, проник в его кровь. То, что он имел сильную синергетическую схожесть с химическими элементами сексуального желания, было хорошо известным научным фактом.

«Различие между человеком и животным, — мрачно размышлял он, сажая Орхидею в автомобиль, — не так велико, как хочется думать большинству людей».

Когда он усаживался за руль «Айсера», Орхидея посмотрела на него и спросила:

— Один из нападавших был талантом по созданию иллюзий, правда?

— Да. Скорее всего, немного выше среднего уровня. Класса шестого или седьмого. Созданный им туман был очень сильной иллюзией.

— Ему в помощь был естественный туман, опустившийся на город, — возразила Орхидея. — Моя подруга Амариллис часто работает с очень сильным талантом по созданию иллюзий.

— Должно быть, со своим мужем, Лукасом Трентом. — Раф вывел «Айсер» с обочины.

Орхидея бросила на него быстрый, изучающий взгляд.

— Я так понимаю, ты очень хорошо знаешь Лукаса?

— Достаточно хорошо.

В голове Рафа мелькнуло воспоминание о той ночи в джунглях на Западных Островах, когда он, Лукас и Ник Частин выслеживали банду пиратов до их логова. Именно созданная Лукасом невероятно реальная иллюзия проливного дождя дала им троим возможность загнать отступников в западню.

— Ясно. В общем, Амариллис говорит, что всегда легче спроецировать иллюзию, отталкиваясь от существующей действительности, нежели создавать ее с нуля.

— Другими словами, проще породить иллюзию тумана, когда тот уже имеется.

— Это как-то связано с тем, что человеческий глаз видит то, что ожидает увидеть. — Орхидея посмотрела через ветровое стекло на улицу, исчезающую в дымке. — В туманную ночь ты ожидаешь увидеть много тумана. Если он будет чуть плотнее, никто не удивится.

— Ты меня сегодня удивила.

— Я?

Он посмотрел на нее.

— Тот прием, которым ты сбила с ног второго мужчину, был метадзен-синергетическим.

— И что?

— Ты никогда не упоминала, что практикуешь метадзен-синергетику.

Она скривилась.

— Я выросла в Нортвиле, где метадзен-синергетическим упражнениям обучают раньше, чем ходьбе.