— Я не могу уснуть. Мне не терпится узнать, как все прошло.

— Ну что ж, ты весьма успешно сыграла свою роль. Бедная девочка была так перепугана, что едва соображала. Но какова ее сила, Элизеф! Это просто невероятно для такой малышки!

— И что ты собираешься делать теперь? — Голос волшебницы стал резким. — Раз ты решил сам заняться ею, стало быть, готовишь себе преемницу?

Миафан фыркнул.

— Так вот какова настоящая причина твоего визита! Мне следовало бы догадаться с самого начала. Не тревожься, моя бесценная. Я не собираюсь пока назначать преемника. По сути дела, я вообще не собираюсь его назначать.

— Что? Но ведь предельный срок на этом посту — двести лет. Так было всегда.

— Традиционно — да. Но традиции — вещь изменчивая. Мне нравится быть Верховным Магом, и кроме того, кто мог бы меня заменить? Ваши с Брагтаром амбиции…

— Браггар?! — вскричала Элизеф. Миафан рассмеялся.

— Как ты наивна! Неужели ты воображаешь, что он купится на твои прелести! Со мной это не прошло, так с чего ты взяла, что получится с ним? Конечно, забавно наблюдать ваши взаимные интрижки, но все-таки в этой игре я далеко впереди вас обоих, и тебе лучше оставаться на моей стороне, милочка. Когда-нибудь я завладею миром, и для соратников у меня найдутся и власть, и богатство. — Миафан помрачнел. — Но не вздумай вставать на моем пути, Элизеф. Я один в десять раз сильнее тебя, а теперь тебе придется иметь дело еще и с Ориэллой. Ты своими руками соорудила себе прекрасную ловушку. Ориэлла давно уже ненавидит тебя — а теперь, когда наш план удался, она безраздельно предана мне!

Глава 5. ГОЛОС ВО ТЬМЕ

Так вот как ты это делаешь! — Пальцы Ориэллы пробежали по полкам со свитками, и магическое поле — сияющая аура голубого Волшебного света — заискрилась под их прикосновениями. Поглядев на ее вдохновенное лицо, Финбарр, уже в который раз, поразился тому, как изменилась юная волшебница за последние шесть лет. От прежней угловатой девчонки осталась только темно-рыжая непокорная грива, а в остальном Ориэлла превратилась в стройную молодую женщину. Лицо ее повзрослело, и теперь она действительно стала похожа на отца. Правда, из-за этого носа никто не решился бы назвать ее даже хорошенькой, но все же в девушке была какая-то своеобразная суровая красота, а ее манеры разительно отличались от поведения того затюканного нервного ребенка, которым она когда-то была.

Теперь Ориэлла была счастлива, уверенна и блистательна, ее силы росли день ото дня, а жажда знаний казалась неутолимой. Миафан хорошо поработал с ней — пожалуй, даже слишком хорошо, иногда думал Финбарр.

— Финбарр, ты меня слушаешь?

— Что? Да, конечно… Так о чем ты говорила? Ориэлла издала долгий, усталый стон и улыбнулась.

— Я спросила тебя, правда ли, что заклинание сохранения, которое ты используешь для старых документов, каким-то образом действительно останавливает время.

Финбарр был ошарашен.

— Ну да, наверное, останавливает. По правде говоря, я никогда над этим не задумывался, но такое объяснение имеет смысл. Я нашел это заклинание в свитке, написанном Баротасом — помнишь, тот древний историк, одержимый доказательством существования исчезнувшего Драконьего Народа? — и он говорит, что в нескольких более ранних ссылках — теперь, увы, для нас потерянных навсегда — упоминается их способность управлять временем и некоторыми другими измерениями. По сути дела, когда твой отец предпринял свою трагическую попытку переместиться из мира в мир, он использовал его записи, но конечно, если хочешь управлять пространством как противоположностью времени, надо…

— Мне кажется, Финбарр, из этого можно сделать интересные выводы.