– Научи меня! – вырвалось у нее. – Научи меня всему, что знаешь сам.

Не скрою, я был удивлен. В Аве проснулась тяга к знанию.

– Я должна научиться множеству вещей, – уговаривала она меня. – Я знаю так мало. Научи меня. Раздели со мной твое знание.

– Разумеется, я могу научить тебя некоторым вещам, Ава, – согласился я. – Но боюсь, большая часть моих знаний просто не нужна тебе. Они пригодятся твоему племени.

– Но ты станешь учить меня?

– Если ты того хочешь.

– Я хочу. – Ее глаза заблестели от возбуждения.

– Но почему ты хочешь учиться? – поинтересовался я.

Казалось, на мгновение она потеряла дар речи.

– Как – почему? Чтобы знать, чтобы понимать. Что может быть важнее этого? Чем больше я буду знать, тем полезнее я буду для моего племени. Если бы я больше знала о лекарственных травах, то смогла бы спасти сына Мары.

Настала моя очередь потерять дар речи. Если не считать ее грязной кожи и грубой одежды, Ава мало чем отличалась от Марии Кюри и других великих естествоиспытательниц двадцатого века. Ею тоже владела тяга к знаниям. Более того, она сознавала, что знания – ключ к власти, что понимание мира открывает доступ к его ресурсам и дает возможность использовать их для своих нужд.

Неправильно истолковав мое молчание, она смущенно добавила:

– Но я сама ничего не могу дать тебе в обмен на твои знания…

Слава Богу, идея предложить в качестве оплаты себя так и не пришла ей в голову. Я невольно улыбнулся при мысли, что древнейшая профессия еще не успела утвердиться в этом мире.

– Существуют вещи, которые ты знаешь, а я нет, – успокоил я ее. – Мы просто обменяемся нашими знаниями. По-моему, это вполне справедливо.

– Конечно! – Она едва не задохнулась от воодушевления.

– Хорошо, – сказал я. – Начнем с того, что ты скажешь мне названия этих цветов и какими лечебными свойствами они обладают.

В течение большей части дня мы бродили по зарослям, обмениваясь всевозможной информацией. Я рассказал ей о металлах, из которых можно делать более надежные инструменты, чем из обломков кремня или обсидиана, используемых племенем. В свою очередь, Ава прочла мне целую лекцию о лечебных свойствах дикорастущих цветов и трав. Постепенно я перевел разговор на более интересующую меня тему – о других племенах, чье прибытие ожидалось со дня на день, и о племенах, которые были их врагами.

– У других людей цвет волос такой же, как у твоих соплеменников? – спросил я.

– Нет, ничего подобного, – отвечала она. – Некоторые черноволосые, как и ты.

– А цвет кожи? Они все светлокожие?

– Да. Конечно, летом кожа у них темнее, но зимой она снова принимает естественную окраску.

– Тебе когда-нибудь приходилось видеть мужчину, чей цвет кожи напоминал бы пепел костра? Он почти одного роста со мной, у него красные глаза и невероятно сильные руки.

Она невольно отпрянула от меня.

– Нет, – сказала она испуганно, – и надеюсь, что никогда его не увижу.

– Может быть, ты слышала о таком человеке, – настаивал я. – Иногда его зовут Ариманом, иногда Владыкой Тьмы.

Ава содрогнулась.

– Он похож на демона. Он мужчина, но у него дьявольская сущность.

Ава бросила на меня подозрительный взгляд.

– Мужчина? Ты тоже сказал мне, что ты просто мужчина.

Я предпочел перевести разговор на другую тему. Ава не возражала. Мы заговорили о долине, в которой находились.