— Свой пистолет вынул медленно и кинул мне под ноги. Осторожно, чтобы я не подумала, что кто-то решил поиграть в героя, — когда пистолет полетел в снег, Тёна сказала оторопевшей Наташе: — Ната, посмотри, там будка. Дверь открыта?

За девушку хрипло ответил охранник:

— Открыта. Там снегоуборщик стоит.

— Тогда взял своего приятеля и оба туда. Быстро. Открою на обратной дороге. Насчёт оружия можешь не дёргаться. Положу оба в будку. В ящик стола или что там у вас. Ну как? Решаем дело миром?

Когда железная дверь захлопнулась и ручку заклинили стоявшей рядом лопатой, Наташа открыла было рот. Её переполняло удивление, хотелось очень много спросить. И осеклась. Подруга оборвала очень резко, сказав, что у них нет времени. После чего сунула пистолет и магазин из второго в карман и зашагала по улице в поисках нужного дома… Взгляд был заледеневший. Сегодня Тёна очень хорошо понимала Олега. Война, от которой они ушли, которую покинули в Отражении — эта война догнала её и здесь. Ну и что же? На войне как на войне. Жанну надо спасать. Любой ценой.

Нужный дом они не пропустили бы, даже если хотели. Очень уж он отличался от соседей. Не аккуратный коттедж в центре участка — а массивная домина, раза в два больше остальных. И в ограде не единственные ворота, напротив дома в заборе был разрыв. Сделано так, что забор с обеих сторон загибался внутрь участка и упирался в стену дома, образуя длинный неширокий импровизированный коридор, заканчивавшийся крыльцом и дверью.

Наташа забежала первой, подёргала и разочарованно сказала:

— Заперто. И звонка нет.

Тёна резко выдохнула и бросила сквозь зубы приказ:

— Отойди. На улицу.

После чего встала на середине коридорчика и прощупала дверь за-Отражением. Да, она не была мечом и не знала, куда ударить. Но дверь — это защита, а щит способен почувствовать слабые места в любой обороне. Надо думать, что дверь защищает тебя от врагов изнутри. Дальше пистолет грохнул четырежды. Одна из пуль срикошетировала, так что Тёне пришлось сделать движение в сторону, пропуская пулю в стену и в сугроб. Три остальных сделали своё дело. Тёна дёрнула за ручку, дверь со скрипом открылась.

Дальше находился ещё один длинный коридор, теперь уже самый настоящий. Тёна на несколько секунд замерла на пороге, привыкая к смене освещения: в коридоре тускло работали вполсилы несколько светильников. Затем махнула Наташе следовать за ней, но приказала держаться чуть позади. Наверняка хозяева слышали грохот выстрелов и скоро выскочат навстречу. Пусть лучше они сначала встретятся с оружейницей, которая к тому же вооружена.

Никто не появился. Когда Тёна подошла ко второй двери, стало понятно, почему. Та была обита чем-то мягким, открывалась туго — попытка дёрнуть сдвинула её на несколько миллиметров. Всё для того, чтобы не пропускать звуки.

Наконец дверь удалось сдвинуть, и подруги оказались в большом помещении. Навскидку — полукруг метров десять-пятнадцать, не меньше, но из-за царившей темноты точно не поймёшь. Единственный источник света — что-то вроде сцены у противоположной плоской стены, в центре окружности. На сцене огромное белое полотнище с крестом, освещённое всеми цветами радуги. Разными цветами освещался и стоявший на сцене мужчина в белой то ли хламиде, то ли рясе. Звучала негромкая, навязчивая музыка, а проповедник громко вещал:

— В тщательно укрытых подземельях Шамбалы Правитель мира в своём магическом зеркале видит все события, происходящие во всем мире на поверхности Земли. И даёт он избранным знание. Нет религии выше Истины, и Истину несёт нам высший разум, и Истину нёс нам махатма Иисус.