— Вот как? — хмыкнул Морозов. — Что ж, вы вернули мне мою же монету, теперь я так же не удовлетворен вашим ответом. Значат ли ваши слова, что вы враг России?

— Нет. С чего бы? — искренне удивился я.

— Простите, но на китайца или монгола вы не очень похожи. Скорее на Византийца… — проговорил Морозов, но запнулся на полуслове. — Ваш титул?

— Хан. — коротко ответил я. — Но можете звать и царем.

— Разница не велика, но она есть. — холодно улыбнувшись сообщил инквизитор, поднимаясь. — И снова, вы не с дальнего востока. Не из Сибири. У нас есть поговорка — от осинки не родятся апельсинки. Одно дело — одаренный с пробудившейся силой. Такой может появится даже в крестьянской семье. Совсем другое — отмеченный на царство.

И вот что ему сказать? Можно врать и увиливать сколько угодно, если ты играешь на своем поле. Просто даже словесным хитросплетением можно человека запутать так, что он поверит будто черное это белое, а белое это черное. Но сейчас мы играем на его поле, я понятия не имею какая сейчас обстановка в Российской империи. Нет, общие положения мне известны и пару книг я читал, но этого недостаточно. Меня будет легко поймать на мелочах.

— Довольно. Ваши домыслы пусты. Мой трон занят, я в изгнании. У меня не было достойных учителей чтобы покрыть все знания необходимые для правления, и потому вы сумели меня подловить. Но если моя истинная личность раскроется — вполне возможно, что меня попробуют убить. И не только сектанты. Этот ответ вас удовлетворит? — взглянув прямо в глаза инквизитору спросил я.

— Нет. — коротко ответил Морозов. — Но я готов пока на нем остановится. К слову, мне известно, что в кругу ваших приятельниц вас считают ханом и даже рассчитывают место в гареме. Информация об этом уже разошлась по академии, а сплетен такого рода среди учениц не утаишь. Так что не думайте на подруг плохо.

— Будто меня это должно успокоить. — усмехнулся я, прикидывая кто может меня сдавать. Хотя подозревать их бессмысленно, та же Моника могла поведать об этом подругам совершенно без задней мысли, или Брианна рассказать старшей сестре, а та донести инквизитору. С другой стороны, это могло бы бросить тень на саму графиню.

— Боюсь я не могу рассказать откуда у меня такая информация. — холодно сказал Морозов, предугадав мой вопрос. — Но с данного момента у вас будет моя полная поддержка. Пусть и невольно, но я стал причиной вашего раскрытия перед Конрадом Плоцким, а у него весьма много взаимоисключающих клятв. И перед его королем, и перед орденом.

— Значит он сможет рассказать о том, что увидел? — мрачно спросил я.

— Если еще этого не сделал — обязательно. — кивнул Морозов, а затем, поднявшись, развеял ледяной стул и защитный панцирь. — Боюсь с данного момента вам может быть опасно находиться на общих занятиях, но пропускать их вы так же не имеете права. Однако в компенсацию данного неудобства я отдам вам свой исцеляющий медальон.

— Не откажусь. — ответил я, прикидывая варианты. — Однако мне бы больше пригодился кинжал эмира Таймужина, ведь противник может оказаться сильнее меня в открытой схватке. Или врагов будет сразу несколько, а вас рядом не окажется.

— Вот как. Хорошо. — подумав немного решил инквизитор, и через несколько секунд положил перед собой кинжал с зеленоватым лезвием.