– Но есть случаи, когда смерть нужна. Я решил убить их обоих.

Она встрепенулась, и её золотые глаза вспыхнули тем же светом, что и глаза её мужа.

– Наконец! Я лечу с тобой.

– Нет. Они уже доказали, что способны принести честь в жертву честолюбию. Я не намерен рисковать тобой, любимая.

Аракити хотела возразить, но замолчала, посмотрев Скаю в глаза. Это выражение она знала отлично – за ним всегда следовали крики воинов, лязг мечей, и беззвучный, всё сжигающий на своём пути свет от термоядерных взрывов. Она молча смотрела в глаза своего дракона.

– Будь осторожен… – только и произнесла Аракити, жена Диктатора Ская.

– Мне надоело быть осторожным. – только и ответил император Галактики, Диктатор Скай.

ГЛАВА 8

– Ты стал совсем другим, Крылатый… – печально сказал Дарьяка, сидя у костра, и наблюдая за богом, который стремительно работал на компьютере. Зорги больше не жили в пещере – после того, как Ветер исполнил первую часть своего плана, он перевёз всё племя на новую базу, бывшую гасиенду сеньора Идальго. Но привычки были сильны, и полсотни оставшихся в живых зоргов, как и раньше, поселились в бараке, и грелись у костра. Дракон с болью следил за этим, но новые знания сказали ему, что так и должно быть. Что спешить – вредно, и не нужно.

– Да, Дарьяка. Я стал другим. – голос молодого бога был мрачен. Ветер не мог сравнивать, конечно, но за последние месяцы он стал так похож на Ская, что любой, видевший Диктатора, моментально узнал бы его сына.

– Я познал очень многое из того, что было от нас скрыто. И теперь я знаю про Господ, про мир, про то, откуда дует Ветер… Дракон помолчал, и с неожиданной болью добавил:

– Но я не знаю, куда летят тучи, Дарьяка…

После чего он выключил компьютер, подошёл к костру, и опустился на пол возле него. Зорги прижались к богу, и Ветер укутал их своими уже сверкающими крыльями, закрыв глаза, и погрузившись в печальные размышления.

«Могу ли принести кому-то жизнь, а не смерть? Я был рождён повелителем мира. Другие повелители пытались меня захватить, и использовать как орудие. Совершенно случайно я попал к ним…»

Ветер с огромной теплотой улыбнулся, не раскрывая глаз, и ощущая, как тела зоргов прижимаются к нему в поисках тепла и безопасности.

«…И Тьяса дал мне новую личность. Я мог бы стать несущим жизнь… Я мог свернуть с пути хищника. Но мне не дали. ОНИ МНЕ НЕ ДАЛИ!»

Губы дракона искривила едва заметная гримаса ярости, показав ослепительно белые клыки. В этот миг он так походил на Ская, что наблюдатель в страхе бежал бы от молодого и небольшого дракона, размером едва достигшего человека…

«Моего настоящего отца два года заставляли думать, что я в плену. А моего истинного отца убили, как ненужное животное. Именно ненужное. Я стоял в сотне метров от него, и ничего не смог сделать. Я – НЕ СМОГ!!! Я!!! ВЕТЕР!!!»

Гримаса превратилась в оскал, и зорги крепче прижались к дракону, ощутив его горе и боль.

«Я решил отомстить, уничтожив убийц. Я уничтожил их. И сейчас я вижу, сколь я смешон. Я хотел отомстить тем, кто убивал и угнетал зоргов – и не нашёл лучшего способа, чем убить их всех. И чего я добился? Мои зорги дрожат от ужаса, греясь в тепле костра. Я получил знания, вырвавшие меня на новый уровень восприятия реальности – а они ничего не понимают, но прижимаются к своему Крылатому, и дрожат. Дрожат от страха, что придёт смерть. Что приду я…»

– Ньяма… Ты боишься меня? Вождь повернул голову, и посмотрел в огромные глаза своего бога.

– Нет.