Затем случилось кое-что необычное. Незнакомец с черными крыльями прошел сквозь меня. Да! Словно я была соткана из тумана. Словно я была призраком.

Человек прошел к автомобилю и наклонился. Через несколько секунд незнакомец выпрямился, и у него в руках я заметила свою копию. Он развернулся, поднял взгляд к черному небу. Затем большие, черные и блестящие крылья раскрылись, и незнакомец взметнулся ввысь. Я наблюдала, как его фигура вскоре затерялась во мраке.

Я осталась одна. А потом все стало исчезать. Растворилась машина, затем не стало тумана, дороги. И я оказалась в клетке непроглядной тьмы.

Я вскрикнула и резко распахнула глаза. Какое же меня настигло облегчение, когда я поняла, что нахожусь в своей комнате.

Это был всего лишь сон. Очередной кошмар. Но безумно реалистичный.

Я издала глубокий протяжный вдох и поднялась с постели. Медленными шагами я выбралась из комнаты, спустилась вниз и добралась до кухни, чтобы выпить стакан холодной воды. В горле стояла невероятная засуха, и головная боль казалась невыносимой.

Одного стакана оказалось недостаточно, чтобы утешить ноющий зуд, и я осушила еще один.

На какое-то мгновение мой взгляд проскользнул мимо окна. И на другой стороне улицы в тени двух раскидистых деревьев я заметила мужской силуэт, который сливался с ночным мраком. Но стоило мне моргнуть, и там уже никого не было.

Ну вот. Мне уже начинает мерещиться из-за кошмаров…

― Ты сходишь с ума, Эмили, ― пробормотала я сама себе и поставила стакан на стол.

Я вернулась в комнату, легла на кровать и укуталась одеялом. Откинувшись на подушку, я уставилась в потолок и против своей воли принялась восстанавливать детали кошмара.

Очень скоро новый сон взял надо мной вверх, и я не стала сопротивляться его давлению.

Следующее утро выдалось холодным и пасмурным. Тяжелые темно-серые тучи нависли над городом, и в воздухе витало ощущение скорого дождя.

Я встретилась с Ники и Хейли в холле школы. Ужасная погода сказалась на самочувствии. Казалось, что моя голова ― это бомба замедленного действия. Она в любой момент могла взорваться. И сидеть на уроках, пытаясь вникнуть в суть того, что говорили преподаватели, было самой настоящей и поистине невыносимой пыткой.

― Ну и? ― спросила Ники, когда мы сидели за нашим круглым белым столиком в восточной части кафетерия.

― Что? ― не поняла я, делая глоток содовой.

― Диего, ― протянула она и улыбнулась.

― Ох, ― я закатила глаза. ― Ты об этом…

― Что ты о нем думаешь? ― ее голос был переполнен энтузиазмом. ― Только не говори, что он тебе не понравился.

― Он мне не понравился, ― я пожала плечами.

Ники простонала, а Хейли улыбнулась.

На самом деле я говорила неправду. Парень понравился мне. На него не обратила бы внимание только слепая.

― Знаешь, после такого заявления многие могут смело посчитать тебя лесбиянкой, ― пробормотала Хейли, прожевывая кукурузный салат с крабовыми палочками.

Я шутливо вытянула губы в трубочку и подмигнула ей, после чего она громко рассмеялась, а вот Ники продолжала выглядеть озадаченной, как будто решалась ее личная жизнь, а не моя.

― Ты дала ему свой номер? ― спросила она.

― Нет, ― ответила я, протягивая руку к чизбургеру.

Ее глаза медленно и подозрительно сузились.

― Что? ― засмеялась я. ― Он даже не попросил его.

Ники фыркнула.

― Я серьезно, ― сказала я. ― Он не просил мой номер. Ничего такого, Ники.

Она кратко вздохнула и, выражая свое разочарование, смешно скривила губы.

Несколько минут мы ели молча, и я постоянно ловила на себе взгляды учеников.