Я аж вздрогнул от неожиданности. Слишком увлёкся беседой с призраком.

За магической решеткой стоял молодой светловолосый парень в строгом костюме. Я уже встречался с ним однажды. Сергей Алексеевич Меншиков. Единственный наследник нашего главы.

— Испугал ты меня, княжич. Чего подкрадываешься? — перевёл тему я.

— Да я тут давно стою! Понять не могу, чего ты себе под нос шепчешь всё время? — удивлённо спросил он.

— Проклинаю кланы вражеские за то, что сотворили с нашим районом. И с отцом твоим, — солгал я.

Не хватало ещё, чтобы этот соплячина меня за психа принял.

— Я так тебя толком и не поблагодарил за помощь, — сказал Сергей и слегка преклонил голову. — Отец говорил, что ты из знатного рода. А я общался с тобой, как с чернью. А ты ведь спас мне жизнь!

— Всегда пожалуйста, Серёг, обращайся! — махнул рукой я. — Вот только, как видишь, Руку Войны не особо заботят мои заслуги. По его мнению, от меня куда больше пользы за этой решеткой.

— Я с ним в корне не согласен! — вспрыснул Меншиков младший. — Ты поступил правильно. Войцеховский должен был умереть!

О как! Да я нашёл себе почитателя. А это может оказаться удачным стечением обстоятельств…

— В своей правоте я не сомневаюсь, — ответил я. — Только толку от этого — ноль. Меня собираются судить, а твоего отца похитили.

— Именно поэтому я здесь, — сказал Сергей, схватившись за прутья решетки. — Я слышал разговор воевод с Рукой Войны. У воеводы Бьёрнсона руки чешутся пойти навалять фрунзенцам. Ведь это они похитили отца! Но Рокотов… Он наотрез отказывается начинать прямое столкновение. Всё твердит, мол, мой отец никогда не начинал лишних войн, и этой войны не захотел бы!

— В чём-то Рокотов прав, — ответил я. — Наш клан ослаб после нападения Красносёлки и Кировцев. Но бездействие — тоже не выход.

— Я хочу, чтобы ты знал, Александр, — скорчив суровое личико, произнёс Сергей. — Сейчас я замещаю главу. И я высказал своё мнение о твоём заключении. Но меня даже слушать не стали. Рокотов против твоего освобождения. Ещё и Воскресенский…

— Воскресенский? — усмехнулся я. — Да. Этот командиришка меня, мягко говоря, недолюбливает. Он мочу себе под ноги не пускал, когда про меня говорил?

— Нет, — Меншиков глупо похлопал глазами. — А должен был?

— Всё может быть, — уклончиво ответил я. — Рокотов твой советник. Но какого лешего ты должен слушать простого командира?

— Ну… Воскресенский ведь… — Меншиков замялся. — Он отец моей будущей жены.

— Аа-а-а, вон оно что, — вспомнил я. — Тебя отец сосватать уже успел. Хмм… Если я правильно помню, ты в ту ночь, когда я спас тебя от Пижона, был в компании дамы. И я так понимаю, это была совсем не дочь Воскресенского.

— Нет, — смущенно отвернувшись, ответил Сергей. — Не она.

— Значит, не нагулялся ещё, княжич? Что ж ты тогда так боишься мнения этих старых пентюхов?

— Странно, — Сергей осмотрел меня с ног до головы. — Ты разговариваешь так, будто сам старше и опытнее меня. Но ведь это не так! Я заметил эту манеру общения ещё при нашей первой встречи.

Палишься, Сань, палишься!

— Не обращай внимания, княжич, — махнул рукой я. — Я просто психопат.

Меншиков решил не задавать лишних вопросов. Но у меня уже созрел план, как воспользоваться этой беседой. Мы оба можем извлечь выгоду из этой встречи.

— Сергей, есть деловое предложение, — сказал я, подойдя вплотную к решетке.

— К-какое? — растерялся княжич.

— Ослабь магическую тюрьму, которая меня сдерживает.