– Тогда в чем проблема? – поинтересовался я. – Мерцающим пользоваться все равно невозможно. Рассосется со временем и окончательно закроется.

– В том-то и проблема, что кто-то пользуется, а мы не понимаем, как.

– Кто именно?

– На, взгляни…

Он протянул телефон и я увидел на экранчике парусник. Трехмачтовый галеон, достаточно большой, с двумя орудийными палубами.

– Корабль-призрак, – прокомментировал босс. – Летучий, так его, Голландец…

– Не факт, что именно Голландец… Не классический испанский, согласен, форма кормы другая и много мелких отличий… Возможно, построен в Голландии, или в Германии, или в Скандинавии…

– Не важно, где построен. Он несколько раз появлялся из ниоткуда и исчезал в никуда в районе Аландских островов. Только очень странный призрак – виден на экранах радаров, на спутниковых снимках… Постепенно становится местной достопримечательностью. Скоро состряпают легенду и включат в рекламные проспекты туроператоров.

– Он чем-то и кому-то мешает?

– Вообще-то нет. Вот только время между появлением и исчезновением с каждым разом увеличивается. А это никак не согласуется с теорией мерцающих проходов.

– Я вообще-то слаб в теории…

– А тебе и не надо теоретизировать. Твоя задача – приглядеть, чтобы морячки с парусника, ошалев от неизвестности и непонятности, не наделали глупостей и не причинили вреда тем, кто будет исследовать мерцающий проход. Задача ясна? Тогда собирайся, вечером ОСВОД вылетает на нашу базу в Кондратьево, двухдневная тренировка, – и оттуда сразу на Аланды.

Не зря мне в дополнение к пришествию в ОСВОД Колобка встретилась Рада Хомякова… Двойная примета сбылась.

– Нет, – коротко сказал я.

– Что не ясно? – удивился ЛБ.

– Ясно все. Но сегодня вечером я ни в Кондратьево, ни на Аланды не вылечу.

– Не понял… Объясни.

Я объяснил терпеливо и подробно:

– Сегодня вечером я уйду со службы сразу по окончании рабочего дня, минута в минуту. Если, конечно, вы меня сейчас не уволите, – тогда я уйду пораньше. А в Кондратьево, или на Аланды, или на Фолкленды, или в Антарктиду, или…

– Утомил.

– Куда угодно, в любую задницу мира, я полечу завтра, но опять-таки, если меня сегодня не уволят.

Он долго смотрел мне в глаза. А я в его – в холодные, льдистые. Интересно, босс кого-нибудь когда-нибудь любил? Институтские сплетники, знающие почти все на свете, не имели на сей счет информации.

– Нейя? – спросил он.

– Да. Сегодня я делаю ей предложение.

– А в другой день никак?

– Никак… Вы же знаете, как мало у нас с ней времени. Оглянуться не успеваем – осень на носу.

– И не надоело тебе, Дарк, из года в год жениться на одной и той же женщине? – поинтересовался ЛБ безнадежным тоном.

Я не стал отвечать на риторический вопрос.

– Ладно, делай свое предложение, вылет переносится на завтра… Эта лоханка появляется уже две недели, лишний день ничего не изменит.

Я кивнул – разумеется, не изменит. Мы оба не догадывались в тот момент, что сильно ошибаемся… И никто не догадывался – за исключением узкого круга людей, крайне встревоженных тем, что круизный теплоход «Котлин» исчез с радаров и не выходит на связь. Поиски велись в тот момент активно, но утечек информации не происходило, слишком уж важные персоны из российской бизнес-элиты находились на борту…

После долгой паузы босс спросил с незнакомой мне задумчивой интонацией:

– Скажи, Дарк… А каково это вообще – жить с наядой?

Вопрос не показался мне риторическим и я ответил честно:

– Трудно… Но мне другой жизни не надо, я с ней счастлив.