— Переход осуществлен в штатном режиме. — Констатировала Ойли, появляясь рядом со мной. Мы стояли у огромного озера света или же это были огоньки, а вода лишь размывала их свечение?

— Что это? — настороженно спросил я.

— Твое восприятие памяти. — Усмехнулась демонесса. Образ девушки был четким, но покрытым дымкой. В то время как мое собственное тело было невозможно разглядеть из-за яркого света, прорывающегося наружу. — Каждый огонек, это воспоминание. Химическо-квантовое состояние синопсов мозга и их электронных заменителей. А что есть наша личность как не воспоминания?

— Хочешь сказать, что если мы изменим положение и состав воспоминаний, то создадим новую личность?

— Точно! — кивнула Ойли. — Это как с медицинской амнезией, которую раньше вызывали химикатами. Человек полностью теряет себя, его душа растворяется в бытие. А нам лишь нужно погрузиться глубже и, используя замену типовых реакций, сконструировать единый каркас воспоминаний. Непротиворечивый, иначе получится бешенная сука с биполярным расстройством. А тебя одна такая уже дома ждет. Да и Эва внимание потеряет, не нужно ей такое.

— Ты говоришь странные вещи. Хотя суть я, кажется, улавливаю.

— Прости, иногда воспоминания Они берут верх и речь вместе с ними. Представим, что перед нами и в самом деле прозрачный пруд с миллиардами светлячков, а не куча говна, в которой придется искать крохи семян, как птицы. Что бы ты хотел получить в результате? Какую личность? Прежде чем туда нырять, стоит определиться с целью.

— Полная и безоговорочная преданность мне. Можно и любовь, если она найдется. Знания, магия, наука. И то, что составит костяк ее характера. Если она будет немного безумна — пусть, но только по отношению к моим врагам.

— Животное, а не женщина. — Фыркнула презрительно Ойли. — Но я тебя прекрасно понимаю, твои травмы и война не дают насладиться нормальным обществом. Все мы немного безумны, так что добавлю изюминку от себя. Хуже не станет. Начнем. Вытяни перед собой руки, представь — что ты хочешь видеть, чувствовать. Закрой глаза, если тебе так будет проще.

Повинуясь командам демонессы, я дотягивался до каждого воспоминания. Каждой крупинки света в этом озере памяти. Собирал их по одной, не двигаясь при этом с места. Вскоре мои руки превратились в стволы деревьев, от которых во все стороны тянулись тысячи почти невидимых ниточек, сплетающихся в плотный поток.

Я не выискивал нужные воспоминания. Наоборот, я представлял то, что нужно мне, и они сами всплывали на поверхность, будто вытянутые магнитом. Напитывая их силой, я отдавал свою энергию, сливающеюся в единые целые искорки. Они разгорались, пока общее свечение не стало нестерпимо, и в следующую секунду меня вышвырнуло из сознания новой, цельной, сформировавшейся личности.

— Твою мать. Больно. — Я с трудом погасил ТРИНИТИ, но легче от этого не стало. Будто вместо нескольких минут я целый день работал в кузне или таскал воду. Понадобилось несколько минут, прежде чем я окончательно пришел в себя. А вот Кинта так и сидела с закатившимися глазами. — В чем дело? У нас не получилось?

— Думаешь? — хмыкнула Ойли, поднимаясь. — Нет, совсем нет. Скорее получилось даже слишком хорошо. Осталось только понять, что именно. Но выясним мы это, только когда она проснется. И на всякий случай, это всех касается. Теперь перед нами ни Лисандра и ни Кинта, а новая личность. Она вам не враг, прошу отнестись к ней как к долго болевшей лучшей подруге.

— Что? — от возмущения у Эвы даже дыхание перехватило. — Вот эта, моя лучшая подруга? Да в гробу я таких подруг видела!

— Верно. Та, кого ты ненавидела, умерла.