|
Тоннель наполнился золотом, светом и огнем, каменные стены стонали и горели под чудовищными ударами! Вскоре Дримм почувствовал сосущий голод внутри и узнал это чувство -- не голод желудка, а недостаток маны. Но Дримм не перестал, а игнорируя предупреждение организма, все продолжал бить и бить....
Бил, глядя как камень стен потек словно вода!
Бил, когда ВСЕ огромное подземелье заколыхалось под ногами и вокруг него!
Бил, несмотря на то что образовавшийся в тоннеле огненный вихрь все ближе и ближе подбирался к своему творцу!
Бил ровно до того момента, как обрушились потолки тоннеля и завалили его почти на всю длину! Только тогда Дримм позволил себе перестать и устало привалиться к стене. Он в очередной, который уже раз победил казалось бы непобедимых врагов!
<strong/>
Глава 38
<strong/>
Неизвестно где, неизвестно когда.
Дримм.
На полчаса небольшой, безликий зал стал для Дримма домом, хотя нет, скорее временным убежищем. Все отпущенное самому себе время он провел в не слишком глубокой медитации: дождался пока притухнет не имевшее к голоду никого отношения чувство, пришел в себя и как только почувствовал себя более-менее в норме, вновь отправился в путь. Возможно и следовало подольше отдохнуть, лучше восстановить ману, но Дримма подгонял доспех, точнее неуклонно приближавшийся к концу срок его жизни. За оставшееся доспеху время следовало найти надежное укрытие, еще лучше еду, совсем хорошо источник воды и залечь на дно как минимум на 12 часов, пока не восстановятся доспех и меч.
Какое-то время фейри бродил в одиночестве, а потом ему стало скучно, тем более тоннели как вымерли, и он вызвал сначала одну иллюзию квелья, потом две, три, пять. Дримм понимал, что они почти бесполезны в бою, да и как собеседники не лучше призванных скелетов, но какое-то иррациональное чувство толкнуло его на этот шаг, ему хотелось видеть спину того кто идет впереди, слышать топот не только своих шагов, видеть не только свою тень и все в том же духе -- в общем стадный инстинкт во всей красе. Дримм все это прекрасно понимал, но все же позволил себе такую уступку.
Меньше чем через минуту в барьер на полном ходу врезался разогнавшийся илайн с серпом в руке. Неожиданный удар вышиб из ящера дух, и он не успел предупредить бегущих сзади. В распластанного по барьеру ящера врезался еще один, в того -- еще и еще, и еще -- сотни илайнов забили коридор плотной шипящей от ярости и боли массой, а первого и вовсе расплющили о барьер подобно блину с начинкой из мяса и сломанных костей. В узкости коридора невозможно было развернуться, да еще и острые как бритва серпы постоянно резали соседей и будто заколдованные находили прорехи в доспехах -- как в настоящей битве лилась кровь, слышались стоны, трещали оттоптанные ноги и хвосты.
Дримм свернул в большой овальный зал с несколькими выходами и привычно перепрыгивая столы понесся сквозь него. Не успел он пересечь зал как повалили илайны, и три слившихся в единую волну потока устремились вслед за ним. Дримм ворвался в коридор, на полмгновения замер, услышав впереди шум, и все же рванул на него. Фейри успел и нырнул в боковой проход прежде чем навстречу вывалилась новая волна преследователей. Несколько илайнов успели свернуть за беглецом, но основная масса нет -- в нее врезалась набегавшая из зала волна -- образовалась куча-мала.
Илайнам ''понравился'' сюрприз -- многие из преследователей проехались по веселой покатушке и не успев затормозить разбили башку или сломали руку-ногу-спину о стену в паре метров от ее конца.
Совсем скоро фейри выскочил на перекресток -- целых четыре коридора не считая того что за спиной. |