Раздались смешки, а ковырявший в носу мальчишка смутился и поспешно вытащил палец из ноздри.

Оба кивнули, зашушукались остальные ученики, но тут же умолкли, когда учитель продолжил говорить:

Все замечающий Дримм взглядом пожурил ''шептуна'' и, посадив смущенного парнишку, ответил:

Атэнаа и Хантоо одновременно покраснели как маковый цвет, а Хантоо показал весельчаку кулак, на что тот развеселился еще сильней.

Троо сразу расхотелось смеяться и он поежился под десятками возмущенных взглядов. Несмотря на обиду Атэнаа мгновенно пришла на помощь попавшему впросак брату и отвлекла от него внимание, задав Дримму новый вопрос:

Какое-то время ученики обсуждали сказанное, а потом Дримм хлопнул в ладоши, велел им зажать в каждой руке по небольшому деревянному шарику и равномерно вращать кистями, сам же ходил между ними, смотрел как они выполняют упражнение, а заодно рассказывал зачем оно нужно:

Пролетел десяток минут, за ним другой, упражнения на кисти сменили упражнения для пресса, потом отжимания, а Дримм все так же ходил между учениками, поправлял, когда они делали что-то не так, показывал как надо и говорил, говорил, говорил, развивая не только их тело, но и ум. Полезная информация хорошо ложилась в свежие детские головы, да еще и закреплялась мышечной памятью тела.

Атэнаа окинула мальчишек горделивым взглядом, взглядом полным превосходства.

Илайн доковылял до чурбака, на котором сидел Дримм, и остановился с присущей немертвым АБСОЛЮТНОЙ неподвижностью. Дримм встал и несколько раз обошел вокруг него, дети молчали  и ждали.

<emphasis/>

                   Урок продолжался еще не меньше часа.

Полтора месяца спустя как фейри и квелья покинули Хурэ-Транхэк.

Равнина под ''каменным небом''.

Литок старательно пытался создать Спутанный след -- масштабное заклинание второго уровня магии квелья. По шерсти впервые творившего настолько сложное заклинание ученика тек пот и не просто капли, а настоящие ручейки. Тем не менее его голос был тверд, а руки уверенно совершали все необходимые пасы.

След, что остался после того как по рыжей степи прошли многие сотни ног, постепенно исчезал, вернее никуда не исчезал, но дробился и начинал вести во все стороны сразу, как будто тысячная толпа разом решила разойтись и, разделившись на десятки мелких групп, кинулась в разные направления -- поди разбери, где настоящий след, а где обманки. Впрочем настоящий тоже рядился под след группы всего из двух десятков ходоков. Но эффект хитрого и отточенного тысячелетиями пряток заклинания на этом не исчерпывался -- стоило преследователям встать на один из ложных следов, как он изменялся, начинал расти, удлиняться, вести за собой и так многие десятки километров, пока обманутые не понимали что их провели. Но и это еще не все: по мере того как доверившиеся обманке преследователи уходили все дальше, исчезали остальные ложные следы и словно забирали настоящий след за собой, так что когда прозревшие преследователи возвращались на то место, где все началось, их встречала нетронутая земля, не примятая трава и полная неизвестность куда идти дальше. Магия квелья как всегда была на высоте, на высоте был и Дримм, сумев передать частичку знаний тому, кому они должны были принадлежать по праву крови.

Литок проговорил последние слова, в последний раз взмахнул руками и удивленно уставился на то, что сам только что сотворил, словно не веря тому, что видели его глаза.

Стайка детей квелья и самых маленьких из детей фейри как буря закружилась вокруг них, дети хотели что-то сообщить, но говорили одновременно, все вместе, все сразу. Все же со временем Дримм сумел их понять и помрачнел: его срочно вызывал Хлип -- один из зомби внезапно упал, попытался встать, не смог, замер без движения и прямо на глазах начал гнить-разлагаться.