– Давно ли он поселился у вас?

– С начала мая этого года. Примерно полгода назад.

Она открыла дверь в конце длинного коридора и проводила их в комнату. Чистую и уютную. В углу стоял современный умывальник, рядом – два одинаковых гардероба и аккуратно застеленная односпальная кровать. С другой стороны, за этажеркой, заполненной книгами, был камин, пара мягких кресел и большое, до пола окно, выходившее на небольшой балкон, который нависал над садом.

– Скотт сказал мне, сэр, что он все здесь осмотрел, – сообщил Двайер. – И не нашел ничего, что было бы написано от руки.

Ванбру подошел к письменному столу и один за другим быстро выдвинул ящики. Все они оказались пустыми.

– Осторожная птица наш мистер Соамс, – констатировал он.

Двайер быстро осмотрел оба гардероба, бросил на кровать некоторые вещи. На вешалках висел халат, два костюма и несколько рубашек. Ванбру помог проверить все карманы.

Они нашли только несколько автобусных билетов и старую монетку. Больше ничего существенного. В ящиках же комода было сложено лишь нижнее белье да носки с полотенцами.

Миссис Джонс наблюдала за всем этим со смешанным чувством удивления и ужаса одновременно, отразившемся на ее лице. Ванбру ждал, что она в любую минуту может потребовать ордер на обыск, которого у них не было, но он решил, не теряя времени, перехватить инициативу.

– Вы сказали полицейскому Скотту, что он уехал в субботу. Так, миссис Джонс?

– Правильно, сэр. Как раз перед обедом. Я хорошо это запомнила, потому что он спросил, можно ли немного перекусить раньше обычного. Сказал, что ему надо успеть на поезд.

– Он вызвал такси? – с надеждой спросил Двайер.

– Рядом станция метро. В наше время, при таком напряженном движении, метро надежнее и быстрее.

– И Соамс даже не намекнул, куда он отправляется?

Она покачала головой.

– Просто сказал, что едет в непродолжительную деловую поездку. Что, возможно, она продлится неделю или десять дней.

– Совершал ли он раньше такие поездки?

– О, да, довольно часто.

– И никогда не оставлял вам адреса, куда надо было бы переслать срочные письма или еще что-то?

– Однажды я спросила его об этом, но он сказал, что не стоит, потому что он не задерживается в одном месте.

– А много ли у него было посетителей?

– Никого! Однажды он сказал мне, что предпочитает четко разграничивать свою деловую и личную жизнь. Человек он хороший воспитанный, но довольно замкнутый. Чаще всего по вечерам ходил в заведение Джорджа на углу, чтобы выпить, но задерживался там не более получаса. Он любит смотреть телевизор, охотно возится в моем саду: ухаживает за цветами.

– А что можно сказать о его почте? Часто ли он получает письма?

Она пожала плечами.

– Два-три письма в день, в большинстве случаев рекламу, ну и все такое.

– Было что-нибудь особенно интересное среди его писем?

Она тут же взъерепенилась.

– У меня есть дела поважнее, сэр, чем просматривать почту своих постояльцев.

– Я же не говорю, миссис Джонс, чтобы вы проявляли излишнее любопытство, – терпеливо пояснил ей Ванбру. – Но, само собой разумеется что каждое утро вы разбирали почту после ее доставки. И вполне нормально, когда умный человек замечает вдруг что-то необычное, что-то из ряда вон выходящее.

Она отреагировала немедленно на его слова.

– Любопытно, что вы сказали об этом. Почти все письма мистер Соамс получал из Лондона, а последние несколько недель они стали приходить отовсюду.