У Натали все сжалось внутри:

— Почему ты так считаешь?

Анжело открыл ящик стола, вынул листок бумаги и вручил Натали. Ее рука едва заметно дрожала. Листок оказался факс-копией записки, которая была написана рукой ее брата и адресована Анжело: «Это за мою сестру».

Прочитав, Натали вернула записку:

— Не знаю, что сказать. Я никогда ничего не говорила Лаклану о… о нас. Ему было всего тринадцать, когда мы встречались. Он учился в школе-интернате, пока мы жили в квартире в Ноттинг-Хилле. Он тебя даже не видел.

Как и остальные члены ее семьи, Натали не хотела, чтобы Анжело стал свидетелем отвратительного лицемерия ее отца или тошнотворного подчинения матери.

— Наверное, ты ему все же что-то сказала, — заметил Анжело, — иначе почему он это написал?

Натали покусала губы. Она ничего никому не говорила, только то, что ее короткий, страстный и жаркий роман с Анжело закончился, потому что она хотела сосредоточиться на карьере. Даже ее ближайшая подруга, Изабель Астонберри, не знала, как разрыв с Анжело сказался на Натали.

Со временем она выбралась из бездны тоски и вернулась к прежней жизни. Работа — самое надежное лекарство от печали. Ее бизнес по дизайну интерьеров скоро стал развиваться, продажи через Интернет стремительно увеличивались. Натали начала планировать открытие магазинов в Европе. Теперь бизнесом занимались наемные управляющие, а сама Натали могла посвятить себя любимому делу — дизайну белья и отделки.

И всего этого она добилась сама. Она не пользовалась богатством и статусом отца, чтобы находить клиентов. Как и Анжело, она не полагалась на семейное состояние и привилегии, решив добиться всего собственным талантом и трудом.

— Натали? — Глубокий голос Анжело вырвал ее из размышлений. — Как по-твоему, почему твой брат адресовал мне эту записку?

— Я не знаю. — Она отвела глаза, убирая прядь волос за ухо.

— Наверняка он знал, что это причинит тебе массу неприятностей.

Сердце Натали забилось где-то в самом горле.

— Сто тысяч фунтов — это большие деньги, но свобода того стоит.

Анжело ответил загадочной полуулыбкой:

— Конечно, но о чьей свободе мы говорим?

Под его нечитаемым взглядом Натали охватила волна паники.

— Хватит уже этих игр, — сказала она. — Почему бы тебе не сказать прямо, какую расплату ты мне приготовил?

Его темный взгляд стал твердым.

— Думаю, ты знаешь, чего я хочу, — сказал он. — Того же, что и пять лет назад.

Натали резко втянула воздух.

— Ты не можешь желать романа с женщиной, которую ненавидишь. Это так…. так отвратительно!

Анжело безразлично улыбнулся:

— Разве я говорил о романе?

Натали ощутила головокружение. Колени дрожали, хотя она свела их вместе, чтобы скрыть дрожь.

— Ты шутишь? — прошептала она едва слышно.

Темные, непроницаемые глаза Анжело держали ее в плену, заставляя каждым нервом остро ощущать его чувственную власть.

— Мне нужна жена, — сказал он, как будто это было что-то будничное, как чашка кофе.

Натали вздернула подбородок:

— Предлагаю тебе традиционный способ ее приобретения.

— Я уже пробовал, не получилось, — парировал Анжело. — Решил попробовать другой способ.

— Шантаж? — Натали смерила его презрительным взглядом.

Анжело безразлично пожал широким плечом.

— Твоему брату придется ждать слушания года четыре, — заявил он. — Юридическая система в Италии требует очень много времени и денег.