Изменить размер шрифта - +

    Игорь засунул очки в карман и неловко поцеловал меня в щеку.

    -  Спасибо.

    Я строго погрозила ему пальцем:

    -  Но-но. - И, не выдержав, добавила: - Пожалуйста, вообще-то. Но первый шаг я предпочитаю делать сама.

    ГЛАВА 8

    Кровавая пелена, на миг заславшая глаза спала, и я с удивлением обнаружил, что на всё про всё ушло всего несколько минут.

    На звук взрывов должен среагировать спецназ. Хотя не думаю, что, застав эту страшную и в тоже время такую милую сердцу картину, они станут возражать. В конце концов, главная цель - физическое уничтожение противника - достигнута. И, как мне кажется, мое участие лишь способствовало экономии времени и жизней. Могли ведь накрыть лагерь из минометов? Легко. Так какая разница - парой часов раньше, парой часов позже?

    Однако руководство почему-то придерживалось иного мнения. Не успели эфэсбэшники дойти до места схватки, как прямо у меня перед носом открылся портал и я имел честь лицезреть господина Магистра собственной персоной. И, ох ё-мое, он был не один.

    -  За мной! - коротко бросило высокое начальство, и я понуро протиснулся в мерцающий прямоугольник.

    Вопреки ожиданиям проход вел не в кабинет Магистра в Санатории, а в совершенно мне незнакомый зал, невольно навевающий мысли о суде присяжных. Может, потому, что сидевших на скамье за барьером было ровно двенадцать?

    -  Ваши Химеры в третий раз нарушили решение Конвента об ограничении физического вмешательства, - обращаясь к Магистру, начал кто-то в черной мантии.

    Тот покорно склонил голову:

    -  Да, ваша честь.

    Я присвистнул от удивления. Оказывается, над нами есть кто-то вышестоящий? То-то Сергей так упирал на полную конфиденциальность.

    -  Какие будут предложения? - На этот раз судья адресовал вопрос «присяжным».

    По-видимому, подобные казусы то и дело происходили тут и там, так как совещались они не долго. И спустя минуту вынесли вердикт:

    -  Уменьшение квоты на одну акцию….

    По тому, какие страшные глаза сделало начальство, я понял, что всё не просто неудовлетворительно, а очень плохо. Хорошо хоть хватило ума промолчать.

    -  Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.

    Судья ударил молоточком по столу, и тотчас возле нас материализовались спутники Магистра. Легкий пасс - и мы в Санатории.

    -  Виноват! - Вытянувшись в струнку, я ел начальство глазами.

    -  Вольно, - скомандовал Магистр и кивнул на стул. - Садитесь.

    Я присел, а он, заняв кресло напротив, принялся крутить в руках карандаш. Осознание факта, что в эти минуты, быть может, решается моя судьба, заставляло нервничать. Второй раз за месяц привлекаю внимание руководства. Нехорошо.

    Карандаш хрустнул у него в пальцах, и я невольно вздрогнул. Отбросив обломки, Магистр поднял взгляд и начал:

    -  К сожалению, никто на Земле не знает, какие уравнения находились в рукописях Эйнштейна, сожженных во время кремации его тела. По слухам, в последние годы жизни он работал над единой теорией поля, доказывая, что материя и энергия взаимозаменяемы.

    Я ожидал совсем другого и потому в недоумении уставился на шефа.

    -  Мало кому известно, - продолжал тем временем Магистр, - что академик Андрей Дмитриевич Сахаров, как в свое время и Эйнштейн, посвятил многие работы космологии. К сожалению, такой его труд, как «Многолистная модель Вселенной», опубликованный в тысяча девятьсот шестьдесят девятом году мизерным тиражом, и другие статьи, посвященные свойствам искривленного пространства, практически недоступны.

Быстрый переход