Глава 27

САСИПАТРОВ-СРЕДНИЙ

На лестнице стоял Максим, рядом на стуле сидела его бабушка. Максим нетерпеливо давил кнопку звонка, уже не соблюдая своего обычного кода.

Антон смотрел в глазок и не открывал. У него просто рука не поднималась открыть своему мертвому другу с его мертвой бабушкой. Антон помнил, что своими руками ощупывал зашитую на темени сухую кожу старушки, а теперь вот они оба…

— Ты чего не открываешь? — В прихожую вышла Даша в халате.

— Тише, там Максим мертвый с бабушкой явился, — прошептал бледный Антон еле слышно и почему-то добавил: — За мной.

— Да, конечно, за тобой, ты же искал его две недели.

Даша решительно отстранила Антона от двери и открыла замок.

— А я думал, никого нет! — воскликнул Максим, входя. — Свет, смотрю, горит, а на звонки никто не открывает, думаю, умерли вы там все, что ли. Здорово, Антон, ты чего-то бледненький, — повернулся он к Антону, стоявшему тут же у вешалки и безвольно глядевшему на друга.

— Там еще старушка, — сказала Даша, выглядывая на лестницу.

— Бабушка моя.

Максим вышел на лестницу и, подняв старушку на руки вместе со стулом, внес в прихожую.

— Можно она у вас посидит немного? Потом я ее заберу, — попросил он Антона, который только пожал плечами на это.

— Да нефиг делать! Пусть присутствует, — ответила за него Даша. — Слушай, а это чучело ее, да? Клево! — Она наклонилась над сидящей старушкой и заглядывала ей в лицо, потрогала пальцем нос, постучала костяшками пальцем по черепу. — Слушай, а как живая. А?

— Я думал, ты уже того, — сказал Антон, постепенно приходя в себя. — А кто тебе бороду-то сбрил, это же твоя индивидуальность была.

Он все еще не доверял своим глазам и никак не мог поверить, что братьям Сасипатровым удалось оживить Максима.

— Для конспирации.

— А-а, тогда понятно, — как-то отвлеченно проговорил Антон.

— Да очнись ты, Антон! Все хорошо. Все хорошо так, как лучше не бывает. Живой я, вот бабушку мне подарили. Будет теперь у меня дома стоять… — и, бросив на нее взгляд, — в смысле, сидеть, — посмотрел на отвлеченного Антона, обнял его за плечи. — Да ладно! Живой я! Живой!

— Я вижу, что живой, — словно очнувшись от его воздействия, проговорил Антон. — Но я же тебя там видел… Неужели эти дурики тебя все-таки оживили?.. Как это им удалось?.. Я же у них труп разъятый видел…

— Какие еще дурики? Ты чего? Пойдем-ка в кухню, я тебе расскажу все.

Они направились в кухню. Восхищенная Даша тем временем изучала забальзамированную старушку: она отогнула платок у нее на голове и заглянула на зашитое темя, о котором говорил Антон…

— Во, клево!.. — шептала она восторженно. — Ну супер!

— Все-таки я ничего не понимаю, — сказал Антон, усаживаясь на табуретку. — Я ведь тебя своими глазами видел. Вот такого. — Он растопырил на руках пальцы и, сделав зверскую гримасу, показал другу.

— Да видел, видел… Давай я все сначала расскажу.

Когда они расстались с Антоном, Максим отправился домой. Он уже почти дошел до своей парадной, как его окликнул мужчина среднего роста и спортивного телосложения в бейсболке.

— Тебя нельзя идти домой, — сказал он. — Ты знаешь тайну этого проклятого музея. Теперь твоя жизнь ничего не стоит.

Максим почему-то сразу поверил незнакомцу.