Чарли предложила отцу выпить, но тот категорически отказался, сославшись на то, что сегодня с него уже довольно, а вечером ему еще предстоит одна приятная и вместе с тем деловая встреча, где он непременно пропустит стаканчик-другой…

– А ты все такая же любительница «Черри»? – спросил он. – Мы ведь в детстве называли тебя Черри. Дело прошлое, и можно рассказать почему. Однажды после вечеринки с друзьями тебя не оказалось в спальне. Нашли тебя под столом в гостиной. Ты забралась туда, прихватив со стола бутылку с остатками ликера, да там и уснула.

– Папа, это было давно. Теперь твоя Черри выросла и перед ней возникли другие проблемы.

И Чарли за двадцать минут постаралась рассказать отцу о своих планах, трудностях и прогнозах на будущее отеля. Упомянула и о кредитах. Отец слушал внимательно. Хмурил густые брови, когда ему что-то не нравилось, улыбался и согласно кивал, когда одобрял действия дочери.

– И вот сегодня будет собрание акционеров, на котором я должна победить! Понимаешь, папа, я разобью всех своих врагов наголову! А потом я тут такое сотворю!

Да, дочка его круто заворачивает дела. Он как-то по-новому взглянул на нее. Женщина. Настоящая женщина. Вся в мать. Те же движения, мягкие, кошачьи, те же глаза, матово светящиеся под черными бровями.

– Может, все-таки выпьешь?

– Нет, на сегодня я уже свою дозу выбрал. А что бы тебе не оставить меня здесь?

– В каком качестве?

– В качестве партнера.

Пайпс смотрела на своего отца и не верила ни глазам, ни услышанному.

– Папа, но…

– Неужели твой старик, заваливший на выборах в конгресс плюгавца О'Нила, не справится. А специфика во всем мире такова – любовь, добро, честь, бесчестие, зло и предательство. Ты должна познакомить меня со своим хозяйством, хотя я уже кое-что о нем знаю. И разыщи, пожалуйста, секьюрити. Я буду иметь с ним серьезный разговор.

Пайпс, сама того не желая, покорилась обаянию и напору отца.

Одно время она наблюдала его, ушедшего на покой, инертного и какого-то потухшего. Она не была в Штатах, когда он противостоял О'Нилу.

Посчитав, что хуже все равно не будет, она вышла с отцом в приемную и попросила секретаря показать ему документы предстоящего собрания.

Отец нацепил очки, но первым делом посмотрел не на документы, а на секретаршу.

Ничего, он еще повоюет, успокоилась Чарли.

А теперь надо было в конце концов сообразить, что же произойдет не более чем через пятьдесят минут?

Собрание акционеров? Война? Битва гигантов?

Это все не те слова.

Никакого окончательного разгрома не получится, а если и будет выигрыш, то только во времени. Шакир и его банда дадут ей часа два-три, чтобы… Чтобы – что? Чтобы попрощаться с жизнью?

Может быть.

Значит, ей надо успеть нанести удар первой. Еще до решающей схватки.

Ах, где же этот Карченко?! Он многозначительно пообещал Чарли показать сегодня что-то интересное.

Чарли нажала кнопку селектора. Услышала какое-то недвусмысленное хихиканье и подумала про своего отца – пустила козла в огород.

– Карченко еще не появился?

– Нет, но уже идет, – быстренько пришла в себя секретарша. – Еще что-нибудь?

– Да, – перешла на русский Чарли. – Не обращайте внимания, что мистер Пайпс мой отец, пошлите его, если понадобится.

– О, что вы! Он такой… хороший.

Чарли отключила связь.

Ахмат… Мэтью…

Снова не успела подумать, потому что на пороге стоял главный секьюрити.