– Я руководитель группы ученых, – ответила она Владимиру Леопольдовичу. – Да вы, я смотрю, бороду сбрили. Вам идет.

– Всего лишь идет? – он спустился и присел с ней на камень. – Да я просто красавчик! Вот еще волосы мои шикарные, которые я по глупости коротко постриг, отрастут, и вы в меня даже влюбитесь. Я сначала повыпендриваюсь, мол, не хочу обязательства на себя брать, а потом сломаюсь, мы поженимся, и у нас родится красивый сын, весь в меня.

Он улыбнулся какой-то чересчур широкой улыбкой, и Зина поразилась, как может менять людей желание казаться старше, лучше, умнее. Менять не в лучшую сторону. Сейчас Владимир Леопольдович был намного приятнее, даже красивее.

– Хочу вас огорчить, ничего у нас не получится, – ответила она ему. – Я неудачница в отношениях. Поищите себе другую даму сердца, чтоб прям все вот так по-сказочному получилось, как вы описали. Мой сценарий: встретились, разбили друг другу сердце и разбежались.

– Это хорошо, что ты самокритичная, – похвалил управляющий.

– Думаешь? – ответила Зина и заметила: – А мы уже на «ты»?

– Ну, надо же привыкать, – пожал плечами Владимир Леопольдович. – Я вижу, ты в детектива играешь. Хочешь сама распутать, кто убил Бориса Бортко? Давай вместе.

– Пока не доказано, что его убили, – увильнула от прямого ответа Зина, – но да, я хочу докопаться.

– Вот вы, женщины, ты же мне сама утром доказывала, что его убили, мол, зачем тогда табличка с корявыми буквами. Буквы действительно корявые, словно левой рукой написаны.

– Левой рукой… – повторила Зина – Точно! Ты, Леопольдыч, гений!

Зина залезла в телефон и нашла анонимные письма с угрозами, что переслал ей дед.

– Похоже, – сказал Владимир, заглянув ей в смартфон через плечо. – Вот, смотри, буква «П» в слове паскуда похожа на ту, что на табличке, и еще «Д» как домик. Остальные я не запомнил, но можно попросить полицейских.

– Стоп! – сказала Зина. – Ты же хотел со мной играть в детектива, поэтому никому мы говорить не будем, у меня там свой агент находится.

Зинаида набрала сообщение Тихомиру Федоровичу: «Нужно фото таблички висельника» и получила в ответ «Будет сделано».

– А ты не видел Анну или Максима? – спросила Зина своего нового поклонника и, посмотрев ему в глаза, замерла. Стоило сбрить бороду, его лицо стало не просто симпатичным, оно стало добрым, ему почему-то сразу захотелось довериться. В порыве Зина чуть было не начала рассказывать этим светлым глазам про загадку отпечатков пальцев, но вовремя пришла в себя, стряхнув наваждение.

– Анну не видел, а Максим только что прошел к себе, – ответил Владимир Леопольдович не сразу. Видимо, наваждение, в которое окунулась только что Зина, задело и его.

– Спасибо, – ответила она ему и, быстро развернувшись, почти убежала. Что-то знакомое и страшное шевельнулось у нее в груди. Настолько страшное, что она побоялась доставать его оттуда, надеясь, что само рассосется.

Зина шла быстрым шагом, погруженная в свои мысли, и потому столкновение стало для нее неожиданностью.

– Зинаида Михайловна, – сказал Максим, – что-то случилось еще? Что-то с Аней?

– Нет, ничего. Просто задумалась. А вы куда?

– На ужин. Хотел зайти за Анной, но ее нет, видимо, уже в ресторане.

– Уделите мне пять минут? – попросила Зина, показывая на ближайшую скамейку.

Максим ничего не ответил, но на скамейку сел.