– Так ведь вы живете в замке в далекой стране. Склонив набок голову, Зарабет изучала его лицо. Длинные черные ресницы порхали над сияющими глазами.

Игану стало трудно дышать.

– Да, я живу здесь, в Шотландии.

Убрав с его лица непокорную прядь волос, Зарабет нежно поцеловала его в губы. Он едва сдержал стон, когда она запустила пальцы в полурасстегнутый ворот рубахи. Зарабет даже не коснулась еще его потайных мест, но он был уже в полной боевой готовности.

– Я люблю ваши волосы, – шепнула она.

Иган рассмеялся.

– Воронье гнездо, как всегда говорит моя сестра.

Зарабет намотала на палец его локон.

– Они такие густые и мягкие. Мне понравилось, как они падали мне на лицо ночью.

Иган едва сдерживал себя. Вот почему он был счастлив, что не женился на невинной девице, которая и понятия не имеет, как заставить сердце мужчины биться сильнее. Возможно, Зарабет делала это ненамеренно, но она не боялась признаться, что ей самой нравится.

Он запустил руку в ее прическу и освободил уложенные короной косы.

– Я тоже люблю ваши волосы. Тонкие, как паутинка.

Черные волосы волной закрыли ей лицо, и она засмеялась. Он коснулся ее губ невесомым поцелуем, забавляясь быстрыми движениями ее языка, когда она попыталась поймать его губы.

– Знаете, что еще я люблю? – спросил он между поцелуями. – Ваши волосы между ножек, мягкие и влажные, когда вы ждете меня.

Услышав ее судорожный вздох, Иган воспламенился. Он вспомнил ее запах. Соль и пряности лучше, чем самые изысканные парижские духи.

«Моя Зарабет. Моя жена!»

Его ладони скользнули ей между бедер, и большие пальцы погрузились в шелковый хохолок, влажный и теплый. Зарабет задрожала, когда его пальцы нашли вход и принялись за работу, и стала раскачиваться в такт их упоительным движениям.

– Вы все еще любите меня, Зарабет?

Она простонала:

– Да.

– Отлично.

– Я вас люблю, хоть вы и против.

Иган шепнул:

– Я бы ни за что не запретил вам делать то, чего вам на самом деле хочется.

Она сама не знала, что говорит. Веки опущены, рот полуоткрыт – вся во власти наслаждения.

– Вы вынуждаете меня желать вас, – заявил он. – Прямо сейчас.

– Да.

Ее протяжный стон сменился безумными криками. Было так легко поднять ее юбку, сбросить килт и взять се прямо здесь, сидя на стуле. Он закрыл ее рот поцелуем и крепко обнял.

– Ну, девочка, – сказал он, задыхаясь, – здесь лучше, чем в постели?

– Иган!

– Я с вами согласен.

Ей было так хорошо сжимать его бедрами, выгибать тело дугой, чтобы он мог поцеловать ямку у основания ее горла и покрыть поцелуями ее лицо.

Ему было так сладко любить Зарабет, сидя на позолоченном стульчике. Звонко тикали в углу позолоченные бронзовые часы, а в неплотно прикрытое окно доносились смех и голоса кузенов.

Нет, Зарабет ошибается – замок Макдоналд не его дом. Слишком много горьких воспоминаний! Однако сейчас, когда она сидела у него на коленях, он чувствовал себя так, словно вернулся домой после долгой отлучки. Ему никогда особо не нравилась эта комната, но отныне здесь будет витать память о том, как посреди дневной суеты он любил здесь Зарабет.

Когда она достигла пика, он отстал ненамного. Сжал се в объятиях, зарылся лицом в изгиб ее шеи, а она извивалась на его острие.

Вот если бы жизнь была простой, как в сказках! Отважный рыцарь женился на прекрасной принцессе, и они жили долго и счастливо во дворце, где комнаты были точь-в-точь как эта – сплошная позолота и мишура в английском вкусе.