– Алхимический трактат из книг Элиаса Ашмола. Диана Бишоп – уважаемый историк алхимии.

Мэтью снова врезал по шару и промазал. Хэмиш расставил шары и стал набирать очки, давая другу остыть. Наконец пришел Джордан и сказал, что напитки поданы.

– Какой счет? – Хэмиш знал, что выиграл он, но джентльмен всегда должен спрашивать – так учил его Мэтью.

– Выигрыш за тобой, разумеется.

Джордан грустно проводил взором Мэтью, сбежавшего по лестнице с явно нечеловеческой быстротой.

– У профессора Клермонта трудный день, Джордан.

– Да, сэр, похоже на то.

– Принесите-ка еще бутылку красного: вечер обещает быть длинным.

Напитки подали в бывшем салоне. Окна комнаты выходили в сад – в классическом стиле и слишком большой для охотничьего домика – его разбивали при дворце, а не при архитектурной причуде.

Здесь, перед камином, с бокалом в руке, Хэмиш наконец-то повел наступление к сердцу тайны:

– Расскажи про эту рукопись, Мэтью. Что в ней такого? Описано, как создать философский камень, превращающий свинец в золото? Или, может, эликсир, дарующий бессмертие? – Встретившись взглядом с Мэтью, он оставил свой насмешливый тон и прошептал потрясенно: – Нет, ты серьезно?

Философский камень – всего лишь легенда вроде Атлантиды или Святого Грааля. Его не существует на самом деле… хотя вампиры, колдуны и даймоны тоже в принципе существовать не должны.

– По-твоему, я шучу?

– Нет, – вздрогнул Хэмиш.

Мэтью всегда искал научное объяснение тому, почему вампиры не подвержены смерти и разложению. Философский камень как нельзя лучше вписывался в эти исследования.

– Это та самая пропавшая книга. Я знаю.

Хэмиш, как и большинство созданий, слышал о ней. По одной версии, колдуны похитили у вампиров бесценную книгу, содержавшую в себе тайну бессмертия, по другой – вампиры ее украли у колдунов и потеряли. Поговаривали также, что это вовсе не колдовской трактат, а учебник, в котором описываются все четыре гуманоидных вида Земли.

У Мэтью на этот счет была собственная теория: в книге описывается много всего – не только разгадка того, почему вампиров так трудно убить, и предыстория мыслящих видов.

– Уверен, что это она? – Мэтью кивнул, Хэмиш перевел дух. – Неудивительно, что колдуньи сплетничали. Как они узнали, что Диана Бишоп ее нашла?

– Кому есть до этого дело? – взъярился Мэтью. – Проблема в том, что они не умеют держать язык за зубами.

Очередное свидетельство того, что Мэтью и весь его род не питают любви к колдунам.

– В то воскресенье их слышал не только я, но и другие вампиры. Даймоны тоже что-то почувствовали…

– И теперь Оксфорд прямо кишит созданиями, – закончил Хэмиш. – Скоро ведь семестр начнется? Еще и люди присоединятся.

– Все гораздо хуже. Рукопись не просто пропала, она была заколдована, а Диана эти чары сняла. А потом отправила книгу обратно в хранилище и больше ее не заказывает. Момента, когда она наконец это сделает, дожидаюсь не я один.

– Мэтью… уж не защищаешь ли ты ее от других колдунов?

– По-моему, она сама не сознает своего могущества. Это огромный риск. Я не могу допустить, чтобы они первые добрались до нее.

Мэтью вдруг показался другу обескураженным и уязвимым.

– Слушай, Мэтт, встревая между Дианой и ей подобными, ты сделаешь только хуже.