– Молодой человек это Георгий? – спросил Сюр.

– Да… ты знаешь?

– Да, знаю, – ответил Сюр. – У тебя был счет, которым распоряжался твой жених. Он тебе сказал, что вложился в дело. Обманул с помощью мошенника-финансиста Ираклия вея Чепрука и скрылся, прихватив его деньги. Перед этим он убил своих компаньонов. Так как деньги перевели на твой счет, к тебе пришли люди Чепрука.

– Да, ты хорошо осведомлен, Сюр. Не знала… что за это время ты найдешь столько информации. Меня привели к Чепруку, тот оценил мою внешность и предложил быть его любовницей, я согласилась. Это было лучше, чем отрабатывать миллионы, отдаваясь его клиентам. Так я познакомилась с кругом влиятельных лиц. Потом встретила Ариадну, и она завербовала меня в свои агенты. Мне уже было все равно. Она обеспечивала меня богатыми клиентами. К тому времени Чепрук ко мне охладел, он часто менял любовниц. Я сопровождала его только в путешествиях, на отдыхе, когда он убегал от своей жены. Я запуталась и хотела выбраться из этой ямы. Чепрука убили, и я освободилась. Потом на время исчезла Ариадна, и я стала принадлежать самой себе. Работа индивидуалки-проститутки мне не нравилась, но ничего другого делать не оставалось. Потом появилась Ариадна и предложила поработать на нее в качестве подсадной девушки для Гумара. Но все повернулось совсем иначе. Я получила возможность реализоваться как специалист, социальный психолог. Я не работаю ни на одну разведку.

– Понимаю, – кивнул Сюр, – но это пока на тебя не вышли их агенты. В тебе есть закладки, и заложили их с программами, которые ты получала от мужчин в качестве платы. Я даже думаю, что это дядя Эдвин подстроил беду для твоей семьи. Ему нужна была ты в качестве социального психолога, и, по всей вероятности, тебя должны были внедрить или в разведку Мантикоры, или в государственные органы. Ты бы там развернулась, тебя бы заметили и стали продвигать. Как-то так. Джоанна, мне нужно твое согласие на снятие нейросети и ее проверку. Пока это будет происходить, ты полежишь в медкапсуле. Никакой коррекции личности мы проводить не будем.

– Я согласна, – ответила Джоанна. – Я сама хотела бы избавиться от всего, что есть. Когда ложиться?

– Прямо сейчас ложись и ничего не бойся. И еще ты нравишься Салеху…

– Я знаю. Он предложил мне быть его партнером, я согласилась, – немного смущенно произнесла Джоанна. – Все так быстро случилось… прости, Сюр.

– Это хорошо, Джоанна. Но ты должна понять, что между нами не будет партнерства.

– Я это уже поняла по ходу разговора, Сюр. И хотя я тебе подхожу, но, к сожалению, ты мне не подходишь. И спасибо тебе за откровенный разговор. Я это оценила.

Сюр кивнул.

– Давай ложись, девочка, в капсулу.

Джоанна разделась и легла. Ева закрыла крышку медкапсулы и настроила программу. Сюр видел, как девушка уснула. Из стенки капсулы выдвинулся щуп и вошел в голову Джоанны, в затылок. Затем медленно вышел, удерживая маленький кругляш нейросети.

Сама нейросеть выглядела как рублевая монета, только сделанная из серебра. Маленькое могущество индустриального мира будущего.

Сюр уже знал, что в полгода новорожденному ребенку вживляли детскую нейросеть, как идентификатор и удостоверение личности. Нейросеть воспринималась мозгом как субъект памяти человека и не отвергалась организмом. На нейросети хранилось много информации, в том числе и данные физиологии человека. На ней накапливалась статистика его поведения, успехов и неудач.