– Хорошо, – ответил Сюр, удивляясь непостижимой женской логике…

В рубке управления их встретил растрепанный Гумар.

– Вроде я нашел решение нашей проблемы, – увидев парочку, произнес он. – Нужно один из зондов сделать ретранслятором. Тогда датчик будет передавать непрерывно сведения о нашем корабле. Мы – вне зоны действия системы защиты платформы. Атаковать она не сможет, а принимать сигналы будет. Вместе с сигналами я отправлю туда вирус. И через какое-то время система перестанет работать. Потом начнется перезагрузка системы, и она уже будет под нашим контролем. Вот так в общем-то…

– Молодец, – обрадовался Сюр, а Руди бросилась на шею Гумара и поцеловала пунцового от смущения парня в щеку.

– Ты правда молодец, Гумар, – прощебетала она, и Гумар, сбитый с толку таким явным проявлением радости девушки, скомканно промямлил:

– Да я что… Это было просто…

Еще пять дней датчик непрерывно отправлял в космос сигнал тревоги, и система защиты артиллерийской платформы добросовестно его принимала. Периодически наблюдались всплески проявления защитного поля, которые, правда, вскоре гасли. И вот наступил день, когда управляющий искин платформы решил сделать перезагрузку системы. Правда, получилось не так, как планировал Гумар. Все программное обеспечение платформы просто схлопнулось. Платформа не подавала признаков жизни.

Обескураженный этим обстоятельством, Гумар предложил срочно отправляться к платформе и, пока не прибыли специалисты из недр промышленного района, взять ее под свой контроль.

ОДК снялся с небольшой орбиты, по которой он курсировал все эти дни, и направился к пункту своего назначения.

Сюр поначалу был встревожен. Мало ли что произошло на платформе. Может, она сейчас заработает и разнесет их в клочья. Но датчики истошно выдавали «Аларм, аларм»… и… И ничего не происходило.

ОДК плавно подошел к огромной платформе и, облетев ее, пришвартовался к стыковочному модулю. Эдик и ремонтный дрон вышли в космос и вручную открыли входной люк в технический отсек. Проникли в шлюз, и дрон подсоединился к энергетической линии отпирания запоров на люках технического обслуживания.

Прошло еще два часа, и створка первого люка ушла вверх. Дальше пошло проще. Алгоритм открывания дверей был определен.

Команда ОДК внимательно следила за перемещением Эдика и дрона. Они шли техническим коридором, предназначенным для ремонтных бригад. Схема коридоров была обозначена на большой металлической пластине, прикрепленной к стене шлюзовой камеры, рядом с люком. Один коридор вел к резервному искину, куда и направлялся Эдик. Само помещение резервного искина находилось рядом в одном из ответвлений коридора.

Вскоре оба туда благополучно добрались. Сюр впервые видел, как выглядит аппаратура искина, можно сказать, вживую. На большой вогнутой серебристой тарелке лежал шар диаметром примерно один метр. От тарелки на расстоянии десятка сантиметров от нее было расположено трубчатое кольцо диаметром сантиметров двадцать, оно охватывало тарелку, и от кольца отходили патрубки и присоединялись к небольшим колоннам из черного матового материала. Дрон подлетел к одной из колонн и открыл небольшой люк. Его щуп проник вовнутрь, и дрон замер. Эдик стоял, как статуя, безучастный ко всему.

Так продолжалось часа два. За это время Сюр успел сходить поесть и поприветствовать «ожившую» Машу.

К своему удивлению, Сюр понял, что жить с Машей и получать от нее ласки ему было гораздо приятнее, чем с Руди. Та оказалась непредсказуема и полна противоречий. Еще недавно она его обнимала, а теперь сторонится и опускает глаза… А час назад подошла и заявила, что то, что между ними произошло, было ошибкой. Сюр вздохнул и ответил:

– Может быть, тебе видней…

– И это все, что ты можешь сказать?.