— Бабушка?! — возмущённо подпрыгнула Санни.

— Пятнадцать лет бабушка. Сядь и помолчи. Он прав. Нам обеим нужно на время исчезнуть. Макс завтра собирается снова вернуться в свои угодья, заодно и нас подвезёт. Утром я договорюсь с Линой, и поедем.

— А кто эта Лина? Ей можно доверять? — насторожился Влад.

— Можно. Лина — вдова. Её родители погибли во время восстания, вместе с нашими. А муж три года назад провалился на охоте в полынью и замёрз. Остались пятилетний сын и она. Кое-как перебиваются с хлеба на воду. С планеты им уехать не разрешают. Так что к корпорации она относится ничуть не лучше нас.

— Такое впечатление, что корпорация считает вас своей собственностью, — мрачно проворчал разведчик.

— Хуже. Они считают нас своими рабами и относятся как к рабам, — с тихой ненавистью ответила Дженни.

— Они либо идиоты, либо считают себя очень могущественными, — покачал головой Влад.

— И то и другое, — фыркнула женщина. — Впрочем, мне нет до этого никакого дела. Придёт время, и куратор вместе со своими наёмниками за всё ответят.

— А почему куратор вдруг так тебя испугался? — вдруг спросила Санни. — Ведь они все были вооружены.

— Верно. Но это были охранники, а не наёмники. Обыкновенные крысы. Они привыкли обывателей по коридорам гонять. А тут уткнулись носами в мощный охотничий карабин, способный любого из них пробить насквозь. А самое главное, за карабин этот держался не охотник, привыкший не воевать, а добывать себе пропитание, а самый настоящий убийца, которому нечего терять. Куратор не учёл главного. У корпорации нет ни одного рычага давления на меня. Если бы моя жизнь зависела от лекарств, которыми меня могли обеспечить только они, или вместо предложения стать шпионом они расщедрились бы на лечение, тогда другое дело. Им было бы чем давить на меня. А так, я знаю, что умру, и знаю, что эта смерть будет тяжёлой. Так что любая драка для меня — выход. Он понял это, только оказавшись под прицелом. К тому же куратор не солдат. Это обычный администратор, не привыкший к тому, что в него целятся из ружья.

— Только поэтому? Так просто? — разочарованно протянула девочка.

— А ты думала, что я его напугал каким-то особым взглядом или кодовым словом из тайных арсеналов спецподразделений? — рассмеялся в ответ Влад. — Нет, девочка. Всё просто. Моя злость, его трусость и неготовность его охраны умереть за идею. Куратор неглуп и отлично понял, что первым я буду убивать именно его.

— Почему?

— Потому что гибель командира больше всего пугает рядовых солдат, и он это знает.

— И ты действительно готов был убить его? — не унималась Санни.

— Легко, — помолчав, кивнул Влад.

— Но почему?

— Что — почему?

— Зачем тебе убивать его?

— Затем, что, убив его, мне пришлось бы убить и остальных. Гибель сразу большого количества людей за один раз не может не привлечь внимания со стороны. Одно дело, когда гибнут поселенцы, о которых никто не знает, и совсем другое, когда убивают людей, известных на других планетах. И тогда в Лиге узнают о вашем положении.

— А почему ты решил помогать нам? Какое тебе дело до тех, кто тут живёт? — запальчиво спросила девочка и вдруг осеклась, сообразив, что ляпнула глупость.

Дженни удручённо покачала головой, укоризненно глядя на внучку. Санни, испугавшись собственных слов, покраснела под её взглядом так, что можно было подумать, будто она вот-вот вспыхнет. Помолчав, Влад опёрся локтями о стол и, не поднимая глаз от столешницы, тихо сказал:

— В своей бестолковой жизни я сделал много такого, чем ни один нормальный человек заниматься ни за что не стал бы.